Ложь, которую мы крадем (ЛП)

Человек, заключивший сделку, положившую конец жизни его друга, находился всего в нескольких футах от меня, а я была всего лишь зубочисткой, сдерживающей плотину.

Я почувствовала, как он переместил свой вес, и запаниковал.

Моя рука метнулась к его, обхватив его длинные пальцы, как ребенок, ищущий утешения. Я обвила его рукой, крепко сжимая. Я делала это не для того, чтобы защитить его, я делал это, чтобы защитить себя.

Если он сбежит отсюда, нам обоим будет пиздец, и я не пойду с ним. Как бы я не ненавидела это, мы были в этом положении вместе.

Грег возился со своим компьютером, сидя в кресле и устраиваясь поудобнее.

Я понятия не имела, как долго он будет там, и я не знала, смогу ли стоять здесь вечно.

Я закрыла глаза, пощипывая их, пытаясь представить себе что-то другое, а не эту клаустрофобную комнату с единственным мужчиной на земле, которого я терпеть не могла. Мое дыхание стало прерывистым, и мне казалось, что я ничего не могу сделать, чтобы успокоить свое бешено бьющееся сердце.

Мой мозг был погружен в сигналы бедствия. Способность справиться с этим беспокойством отключала мою систему. Все казалось разбросанным, и нормальное функционирование казалось маловероятным.

Сразу за моими закрытыми глазами Алистер отпустил мою руку, и обе его руки опустились к моим бедрам, властно остановившись там, приземляя меня на место. Я чувствовала свое дыхание в животе, как моя грудная клетка сжималась снова и снова.

Нежными поглаживаниями он следовал изгибам моего тела, как по заповедной дорожке. Кончики пальцев скользнули по ткани моего платья до самой груди, где он остановился.

Я погрузилась в сон наяву, ничто здесь не казалось реальным.

Даже когда его руки скользнули под ткань, мозолистые ладони коснулись моих нежных сосков, и это послало крошечные молнии в мой центр.

Где-то в глубине души я знала, что он должен был быть в ярости. Я должен был остановить его, но мое тело словно завладел другой человек.

Альтер-эго появилось, чтобы защитить меня от ужаса.

Я откинула голову ему на плечо, мой нос задел его острую, как бритва, челюсть, и я могла поклясться, что чуть не порезалась.

— Ты чувствуешь это, Маленькая Воришка? Он бормочет так неслышно, что я подумала, что у меня галлюцинации.

Я киваю, соглашаясь, чтобы он продолжал массировать мои груди, маневрируя маленькими кругами, поднимая их вес, пока подушечки его пальцев тверже погружались в мою кожу.

Мое оцепенение от тепла начало выдыхаться, когда я услышала, как мистер Уэст шевельнулся на стуле, наклоняясь, чтобы набрать что-то на клавиатуре.

— Это называется наводнение. Мои ноги дергаются от его голоса: — Этот прилив эндорфинов, который наполняет тебя. Ваш мозг делает это до того, как вы собираетесь умереть, так что это будет менее болезненно.