#ЛюбовьНенависть

– Совершенно, – подтвердил он.

– Давай еще раз: мы поссорились на выпускном, не общались три года, а теперь ты говоришь, что запал на меня, и зовешь на свидание? – уточнила я, в глубине души боясь услышать, что это новая шутка.

– Верно, – глядя мне в глаза, сказал Даня.

– Не понимаю, – честно ответила я, сцепив на коленях руки и не сразу поняв это. – Я тебя совершенно не понимаю, Матвеев.

– Я же сказал – я сам себя не понимаю, – ответил он с некоторой запинкой. – Но я много думал. И кое-что я понял точно: хочу показать тебе настоящего себя. Чтобы ты думала обо мне не только как о тупой горилле, которая живет инстинктами.

И хочу доказать себе, что смогу.

– Что сможешь? – прошептала я. А он коснулся своего льва на предплечье и подмигнул мне, а после первым покинул салон машины.

Сможет… быть смелым? Не понимая, что происходит между нами, но почему-то улыбаясь уголками губ, я вышла из автомобиля следом за ним. Происходило что-то странное, слишком личное и… волшебное. Что-то, что заставляло меня верить в чудо. Наверное, именно в тот момент я поняла, что чудо случается. Просто мы не всегда понимает, что оно случается именно с нами.

Правда, это ощущение почти сразу пропало, лопнуло – как мыльный пузырь. Мне казалось, что после таких слов Данька пойдет к зданию университета со мной, однако он куда-то пропал. И по дороге, залитой солнцем, я гордо шагала одна, ругая этого идиота на чем свет стоит. И даже в общий чат написала, что Матвеев – дурак и ужасно раздражает.

ОДНАКО ПЕРЕД САМЫМ входом кто-то вдруг коснулся моего плеча, и я повернулась. Передо мной стоял Даня, который все еще тяжело дышал после бега. И в его руках было два высоких стаканчика кофе, от которых исходил теплый аромат.

– Держи, Дашка, – протянул он мне оба стаканчика. – Не знал, что ты любишь, и взял капучино без сахара и арбузный латте.

– Спасибо, – в замешательстве пробормотала я. – Но не стоило.

– Ты же сказала, что хочешь кофе, – удивленно заметил Даня. На его лицо падало столько солнечного света, что он щурился, а лучи, будто нарочно, играли с его длинными ресницами. Все-таки он умеет быть лапой.

– А… Ну да… А ты что любишь? – неожиданно для самой себя спросила я.

– Да мне все равно. Главное, чтобы не сладко, – произнес Даня.

– Тогда бери капучино, а я возьму латте, – объявила я. – Спасибо! – И поцеловала его в щеку, встав на носочки.

Сама не знаю, зачем я это сделала. Но чувствовать губами его гладко выбритую кожу щеки было ужасно приятно. Как будто я поцеловала воплощение чуда.

– Повтори, – попросил Даня. – Я не понял.

– Что не понял? – улыбнулась я.

– Как ты до меня дотянулась. – Он тоже улыбался.

– Не такая уж ты и башня, Матвеев. И вообще, любая башня покоряется, – объявила я.

– Я не башня, но покорюсь, – зачем-то пообещал он.