#ЛюбовьНенависть

– И почему же? – нетерпеливо спросила я.

– Потому что, – Даня поставил оба локтя на стол и подпер голову кулаком, – мне нравилась одна хорошенькая идиотка. Противная маленькая девочка с глобусом вместо головы. Каролина даже уговорила меня признаться этой самой идиотке. И я, как последний дурак, написал ей сообщение, в котором предлагал – черт, почему сейчас это так смешно и пафосно? – встречаться. И что эта хорошенькая идиотка прислала мне? Блюющий смайл, – ласково сказал Даня. – И заявила, что я противен. Так сказать, послала меня. Второй раз. Тебе не стыдно? Знаешь, как я страдал?

Он улыбнулся, протянул руку и запустил ее мне в волосы.

– Да не приходило мне никакого сообщения! – тихо сказала я, понимая, что говорит Матвеев обо мне. Боже, какими мы были глупыми детьми. По крайней мере, я – точно.

– Я точно отправлял его. Сидел как на иголках и ждал, что ты ответишь, Даш. А ты меня отвергла – второй раз.

– А первый когда? – широко распахнула я глаза.

– Помнишь, я как-то позвал тебя в парк и предложил встречаться? А за лавкой прятались пацаны, которые за каким-то чертом пришли туда меня поддерживать.

И ты обиделась, потому что решила, что это розыгрыш.

– Твоя Ленка все испортила, – поморщился Даня.

– А может, твои дружки все испортили?!

– Может быть. В общем, ты опрокинула меня в детстве дважды. После твоего сообщения я грушу бил полвечера – решил, что опозорился перед тобой. Думал, будешь издеваться. – В голосе Дани звучал смех, однако я чувствовала в нем и нотки сожаления – такие бывают, когда в душе остается старая-старая рана. Пусть даже детская и обветренная временем.

– Ладно, допустим, это был косяк со связью.

А если бы все-таки пришло? Если бы ты все-таки увидела его? Согласилась бы встречаться со мной? – с любопытством спросил Даня. – Мне интересно даже спустя столько лет.

Я лукаво на него взглянула.

– Если бы я знал ответ, я бы не спрашивал.

– Согласилась бы, – ответила я ласково. – Конечно, я бы согласилась. Ходила бы с тобой на свидания хотя бы ради того, чтобы тебя троллить. Эй, Клоун, хватит так лыбиться, будто миллиард выиграл.

Я КОРОТКО ПОЦЕЛОВАЛА ЕГО в губы, чувствуя вкус кофе и твердя про себя, что он – мой. Мой и только.

И никакие Каролины не смогут его забрать у меня. Никогда.

– Значит, все лето вы просто общались? – уточнила я вредным голосом.

Даня вздохнул – не думал, что я опять перейду к Каролине.

– Я же сказал – да. Тусовались в общей компании. Ничего особенного. Она была для меня кем-то вроде сестры.

– А вот врать нехорошо.

– Кто целуется с сестрой? – усмехнулась я. – А ты целовался с Каролиной. При мне. При всех. Помнишь? Когда мы играли в бутылочку. – Этот эпизод отлично сохранился в моей памяти.