Поместье для брошенной жены

Отец, задыхаясь от ярости, выдавил очередное ругательство, но Берн просто поволок его за плечо к своему кабинету.

Там уже была мать, судорожно рывшаяся в папках. В цифрах она понимала. В артефакторике не в зуб ногой, а в цифрах была очень даже хороша.

— Что происходит, Берни? — спросила она гневно, тряхнув одной из папок. — Это ведь уже не убытки! Ты даже не разорен. Ты должен своим кредиторам вдвое больше собственного состояния.

Да. Мать разбиралась в цифрах. И очень быстро отделила его от семьи. Это значило, что отныне никто ему не поможет. Первыми в списке кредиторов, подавших на него в судебную палату, будут его собственные родители.

А ведь Риш предупреждала его как-то. Сначала предупреждала, после требовала, а под конец просто поставила условие: никогда не брать в долг у его родителей. И всегда причину ласковую находила. Нехорошо, мол, брать деньги у родителей. Беречь их надо от трат. Но скорее всего, жена просто видела их без прикрас. Слабыми, жадными, недобрыми. Готовыми жертвовать частью семьи ради собственного благополучия.

— Не злись, сын, — тут же поддакнул отец. — Мы будем вынуждены начать судебное разбирательство.

Берн дернулся, как от удара.

Наверное, отец заметил, среагировал. Отвел глаза.

— Ты не думай на нас плохо, Берни, — торопливо объяснила мать. — Просто существует кредиторская очередность. Артефакторика твоя все равно разваливается, ее все равно придется продать за долги. А так мы вернем полную стоимость вложенного. Если мы подадим в суд последними, нам ведь и денег не вернуть, и артефакторику ты потеряешь. Дана мы заберем на время разбирательств к себе. Да и Дафну заберем пока.

Это его мать. Усталая и недобрая женщина. Нелюбимая. Он потому няньку из дома и увез с собой. Это нянька была ему матерью, она за него душой болела, ей он поверял свои детские тайны.

Отец с матерью переглянулись, словно договаривались о чем-то на своем тайном языке.

— Но есть способ выбраться из долговой ямы без ущерба, — наконец, тяжело уронил отец в наступившую тишину. — Ты закроешь убыточную артефакторику, но получишь существенный вклад на развитие нового дела, очищенного от долгов. Наша Дафна…. Наша Дафна понравилась одному высокопоставленному вейру. Он даст за нее дорогой откуп, а взамен она оставит наш клан и войдет в новый, полностью отказавшись от нашего имени.

Берн тупо сжал край стола.

Его отец, должно быть, свихнулся. Какой вейр, до свадьбы ли сейчас? Или… речь даже не о свадьбе? Он, конечно, и сам угрожал выдать Дафну за ближайшего сквайра, но он же отец. Он угрожал не всерьез, а просто, чтобы укротить дурной нрав своей девчонки.

— Дафна совсем ребенок, — и плевать, что там удумали его родители.

У него еще есть активы, чтобы закрыть долги.