Поместье для брошенной жены

Фир что-то крикнул, но я полностью отключилась от мира, погружаясь в невидимый магический вакуум.

«Ральфар, — позвала тихо, — Ты слышишь меня?»

Дракон Ральфара ревел от невидимой боли, которую ему причиняли слова Кассиуса. Но… это были совсем не те слова, что я собиралась услышать.

— Почему ты отверг руку дружбы? — ревел дракон.

— Может, потому что ненавидел? — вкрадчиво шипел противник. — Здоровый, сильный, полный магии, с красивым личиком… Как, должно быть, приятно было снизойти до дружбы со мной. И ты дружил, пока дружба не требовала от тебя жертв.

— Я сделал это с радостью, Фалче. С радостью…

Воображение рисовало мне старинные заклятья, которые Кассиус наполнял силой искалеченной черной магии, но… Это были слова обычного, пусть и не очень хорошего человека.

Мне это…. не нравилось.

Было что-то, что я не могла понять. Что-то страшное, невидимое и отвратительное заключалось в этом поединке. Было что-то еще внутри искалеченного яростного дракона Кассиуса помимо ненависти и зависти к Ральфару.

«Всё будет хорошо, Фалче, — сказала тихо, мысленно коснувшись его вздыбленного дракона. — Не слушаю голос Кассиуса. Слушай мой голос».

Ральфар застыл, словно и правда на миг услышал меня. Поднял лицо вверх, силясь разглядеть мою далекую фигурку, застывшую над куполом барьера. А после перешел в серию атак. Его меч словно раздвоился, мелькая в бешеном аллегро. Кассиус отступал, он уже не тратил силы на слова, защищаясь от обсыпающих его ударов.

В одном из скачков он споткнулся и острие меча Ральфара вошло ему в левый глаз, поражая мозг.

А я, наконец, поняла.

Внутри Кассиуса была печаль. Огромная и неизбывная, как море.

Он покачнулся и медленно осел на раскаленный драконьим огнем металл круга. Его камзол начал тлеть, а волосы вспыхнули мириадами мелких огоньков, а ведь известно, что живой дракон обладает врожденной защитой от такого слабого огня. Горят только мертвецы.

Дождь лупил по стенам дворца, кто-то вскрикнул. Император, напряженный застывший рядом со мной, вдруг захрипел, дернувшись, словно меч пронзил не только Кассиуса, но и его. Крылья его истаяли, и он камнем рухнул вниз. Стражи ринулись следом, но опоздали. Барьер отшвырнул ставшее человеческим тело на одну из каменных дорожек сада.

— Вот как.… — медленно сказал Варх. — Вот, значит, как.

Мимо меня вниз метнулась императрица, оставив лишь флер удушающе-сладкого аромата, а я медленно спланировала к Ральфару.

Барьер частично уже растаял, и мне удалось скользнуть в разлом.

Я опустилась на отчасти изломанные горячие пластины круга и несмело подошла к Ральфару. Он стоял, опустив окровавленный меч. Глаза закрыты, рука безвольно опущена. Мазки серебряных волос облепили лоб и скулы.