Поместье для брошенной жены

В присутствии Его Величества моя внутренняя тревожная кнопка автоматически переходила в режим бесперебойного воя.

В день своей смерти я действительно нехорошо упала.

В компанию трех местных мажоров, отрабатывающих удары на мечах. Первым был Берн, вторым его лучший друг виконт Фрейз, а третьим вейр, скромно заявивший, что титул ему не нужен, ибо через пару десятков лет ему будут кланяться в пол независимо от того, как он назовется.

Он стал моим личным кошмаром на ближайший год, а также причиной, по которой я легла с Берном в одну кровать, а после вышла за него замуж. Его звали Фаншер, и он был старшим сыном императора от законной жены, а также его наследником и гордостью. И, подозреваю, именно последнее не давало ему отступиться от свалившейся с неба иномирянки. Такая необычная вещичка была обязана принадлежать ему.

Врать не буду, был момент, когда я колебалась в выборе между тремя влюбленными в меня юнцами. Фрейз был богат, добр и помолвлен. А Фаншер был ловок и силен, принадлежал императорской семье, но был склонен к неконтролируемым вспышкам гнева. Фаншер умел нравится и в считанные дни окружил меня сонмом подарков, заботы, смеха и мелочей, которые умеют делать приятное любой женщине.

И я колебалась, пока по случайности не встретила покалеченную юную драконицу в одной из приватных лекарских обителей.

Берн заморочился излечением моей земной болезни, поэтому обегал всю столицу в поисках годного лекаря. Вот у одного из таких я и познакомилась с одной из бывших любовниц Фаншера, которую он развлечения ради сначала подарил другу, а после выкинул из окна. Обернуться она до конца не успела и здорово покалечилась. Зато выжила, о чем и сообщила мне с несомненной радостью.

Сделав вывод, что после любви императорского сына выжили не все, я посвятила весь свой ум, изобретательность и энергию спасению себя. Но, сейчас, с высоты прожитых лет, было очевидно, что избежать брака с ним я сумела лишь чудом.

Если не вникать в детали, от Фаншера меня спасла трагическая случайность. Наследник погиб на дуэли, что полностью закрыло мои отношения с высшим светом.

В день вознесения его праха к небу я первый и последний раз в жизни побывала в приватном императорском дворце.

Единственная встреча с императором оставила у меня привкус легкого ужаса. После смерти Фаншера он пожелал меня увидеть, словно на мне остался отпечаток короткого чувственного безумия его сына, и он хотел ощутить вместе со мной его присутствие. Не знаю, что Фаншер говорил обо мне во дворце, но император знал мое имя, мой возраст, мою метрику, точные магические данные и даже был в курсе судьбы моей девственной плевы.

Тот день остался в голове белым шумом.