Свита короля

– Мы много читали о твоей вражде с Рико. Как убедительно разыграно! В другой жизни из тебя вышел бы отличный актер. Скажи-ка, ты на самом деле думал, что его метка послужит тебе защитой от нас?

– Нет, важно. Не могу же я показать тебя отцу с этим клеймом. Роми?

Ромеро потянулся к торпеде. После щелчка он что-то нажал, и Нил скользнул глазами по рядам кнопок, прикидывая, что это могло быть. Радио не заработало, не зажглись и индикаторы системы климат-контроля. Оставался только один вариант, но мозг Нила отказывался его воспринимать. Отрицание не помогло: через несколько секунд автомобильный прикуриватель с металлическим лязгом выдвинулся из гнезда.

Ромеро взял его и поднял руку.

– Ты больной, – яростно прошипел он.

Лола обвила рукой спинку сиденья, поднеся нож к правой щеке Нила. Острие прочертило тонкую, как волосок, линию от уголка губ к уголку глаза. Получив это предупреждение, Нил замер, глядя, как Лола забирает у брата прикуриватель. Покрутив устройство так и эдак, она повернула его к Нилу той стороной, где алела раскаленная спираль. После удовлетворенно кивнула и вновь расплылась в широкой улыбке.

Нил подумал, что сейчас потеряет самообладание.

– Пошла на хуй, вот что.

– Не дергайся, – сказала она и прижгла его скулу.

Нил при всем желании не смог бы ей повиноваться. Боль взорвала лицо, сплавила челюсти, прожгла до самых глаз. От запаха горелой плоти его замутило, и он не выдержал. Он отдернул голову, и лезвие, уже поджидавшее его с правой стороны, рассекло щеку. В сравнении с адом, творившимся слева, жалящее прикосновение ножа показалось ему легким поцелуем, слабой щекоткой. Когда он шарахнулся, Лола продолжала удерживать прикуриватель на месте, но мгновение спустя отняла руку, чтобы оценить результат.

Нил знал, что она убрала прикуриватель, – видел это собственными глазами, – но кожей все еще чувствовал огонь и металл. С каждой секундой ему становилось все хуже; казалось, желудок вот-вот вывернется наизнанку.

– Так-то лучше, – заключила Лола и впилась ногтями в жженое мясо. Нил закричал. – Согласен?

Он не ответил – не было воздуха. Нил втягивал его судорожно и часто, но легких этот воздух не достигал, и, хватая его ртом, Нил лишь хрипел.

Он снова дернул головой и снова слишком поздно вспомнил про нож. Лезвие чиркнуло по коже во второй раз; он поспешно наклонился вперед. С руками, закованными за спинкой кресла, далеко отодвинуться он не мог, но все же попытался. Кровь медленно стекала по лицу, обжигала губы, капала с подбородка на бедра. Он чувствовал ее вкус при каждом вдохе.

Прикуриватель щелкнул еще раз. Нил вздрогнул – звук показался ему оглушительным выстрелом.

– Твой отец сам тебя спросит, но я хочу знать сейчас, – сказала Лола.