Свита короля

Ваймак открыл рот, закрыл, потом собрался с духом и сообщил:

Воцарилась оглушительная тишина. Наконец раздался чей-то голос:

– Он сказал мне на прошлой неделе. Его… – Ваймак сделал паузу, подбирая слова, – вдохновила история Нила, и он тоже решил открыть правду. Говорю вам об этом сейчас, потому что в середине недели Кевин собирается обнародовать эту информацию. Мы хотим использовать ее в противовес негативу, с которым может столкнуться Нил. Прошу отметить, что факт родства никак не повлияет на мои функции в качестве тренера.

– Мы примем это к сведению, – несколько неуверенно произнесла какая-то женщина, после чего разразился новый спор.

На этот раз он вышел короче, и в нем обсуждали, какими должны быть официальные комментарии администрации по этому поводу. В конце концов согласие было достигнуто, и телеконференция завершилась. Череда сигналов возвестила, что участники покидают сеть. Последним, двадцатым по очереди, отключился Уиттир.

– Неожиданный поворот, – заметил он, смерив Ваймака долгим взглядом, словно подозревал, что тот скрывал тайну не неделю, а долгие годы.

Ваймак без труда расшифровал этот взгляд, но оправдываться не стал и просто сказал:

– В первую очередь я его тренер.

Уиттир покачал головой.

– Как ректор преподавателю я скажу, что именно это и хотел от тебя услышать и надеюсь, что ты останешься верен своему слову. А чисто по-человечески – сочувствую. Думаю, нелегко узнать такое.

– Спасибо, – помолчав, ответил Ваймак.

Уиттир встал и проводил их к выходу. Ваймак подбросил Нила до общежития. Всю дорогу Нил смотрел в окно, размышлял, нужно ли что-то говорить, и под конец положился на то, что за Ваймаком присмотрят Эбби и Бетси Добсон.

В понедельник пришлось вернуться к занятиям, хотя Нил охотно провалялся бы весь день в постели. Бинты и повязки вызывали у окружающих назойливое любопытство, а кое-кто даже нахально пытался получить от него пищу для сплетен. Врать смысла не имело, но ведь и правду раскрывать тоже было не обязательно, поэтому на все расспросы Нил отвечал, что не хочет обсуждать тему, с каждым разом повторяя это все громче и резче.

Когда прозвенел звонок с последней пары, от облегчения он чуть не рухнул. Нил практически вылетел из аудитории и, покинув учебный корпус в оживленном потоке других студентов, спустился по лестнице. Не успел он отойти от здания и на десять шагов, как кто-то преградил ему путь. Нил, привыкший лавировать в многолюдных местах, аккуратно обошел незнакомца и двинулся дальше, однако тот потребовал:

Нил даже не понял, что обращаются к нему, просто рефлекторно обернулся, тут же пожалел об этом и ошеломленно застыл.