Свита короля

 – Над головой прогудела сирена. Ваймак хлопнул в ладоши и коротко скомандовал: – Погнали!

– Лисы! – в один голос рявкнула команда, и участники стартового состава направились к двери.

«Вороны» первыми появились на поле и заняли исходные позиции. Прежде остальных объявили фамилию Рико, из чего Нил сделал вывод, что Рико, как и в прошлом матче, выйдет играть в начале и конце. У «Лисов» первым назвали Кевина, однако сразу после него объявили и Нила. Оба направились к своим местам на линии середины поля. Нил внимательно следил за Рико, зная, что тот уже слышал о новой татуировке Дэя.

Предчувствие его не обмануло: с расстояния чуть больше пяти метров он прочел на лице Рико холодное бешенство.

После того как Нил и Кевин встали на позиции, Рико разразился потоком брани на японском. Кевин игнорировал его, пока не услышал какую-то фразу, и тогда, смерив Рико ледяным взглядом, ответил. Нил не понял его слов, а Рико обеими руками в толстых перчатках с ненавистью стиснул рукоять клюшки, как будто сворачивал Кевину шею. Выбесить Рико Морияму перед таким ответственным матчем было, конечно, глупо, зато весело.

Нил уже не слышал гула трибун – в его ушах грохотала кровь.

Когда все Лисы заняли свои места, Нил поднял глаза на электронное табло и гипнотизировал часы, пока до начала матча не осталось десять секунд. Мысленно продолжая обратный отсчет, он устремил взор вперед, за линию нападения «Воронов» и спину их полузащитника, на своего «опекуна». В предпоследнюю секунду его взгляд упал на вратаря, и он представил, как над воротами соперника зажигаются красные лампы и «Лисы» зарабатывают очко. Наконец загудела стартовая сирена, и Дэн сделала первую подачу в игре.

С предыдущей встречи «Воронов» и «Лисов» прошло почти семь месяцев, и «Вороны» довольно быстро осознали, что сегодня им противостоит совершенно другая команда. В прошлый раз «Лисы» уверились в своем поражении еще до выхода на поле. Они играли просто потому, что были вынуждены играть, надеясь на весенний чемпионат. Сегодня, полные решимости пополам с безумным отчаянием, они были сильны, как никогда прежде.

«Лисами» двигал боевой дух, тогда как «Воронами» – злоба. Нил чувствовал ее ядовитые миазмы, темную ауру, заставлявшую инстинкт самосохранения посылать ему мощные сигналы тревоги.

Команда, не один год считавшаяся посмешищем студенческой лиги, не имела права зайти так далеко и доставить столько неудобств. «Вороны» потеряли Жана, столкнулись с серьезным внутренним расследованием и в придачу терпели дикие припадки жестокости Рико, в которые выливалась его скорбь по отцу. После разгрома, учиненного фанатами в Пальметто, и завуалированных обвинений Кевина на «Воронов» обрушилась пресса.