Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)
— Ты! Система! Когда вы намеревались сказать мне?! Вообще не намеревались говорить мне?! Зачем ему знать, да?!
Облако пару мгновений недоуменно поколыхивалось.
— Что ты там раскричался? Ничего не понимаю.
— Настоящий Шен! Он хотел умереть! Он оставил предсмертную записку!
Этот спокойный вопрос словно обдал Шена ушатом ледяной воды. И что с того?
Он рассматривал темное марево удивленным взглядом. «Что с того?»
— Я… — негромко произнес он, — я не понимаю… В оригинальной версии он ведь убил Шиана. Почему же здесь все изменилось?
— Потому что здесь уже был я! — фыркнул Ер.
— Отговорил? — холодея от услышанного, повторил Шен.
— Да, я сказал ему, что есть способ понадежнее. Полное исчезновение. Он ведь этого и хотел.
— Ему было так больно, что он жаждал исчезнуть… А ты… Ты вовремя предложил способ…
— Именно! Моя исключительная бдительность в нужное время и в нужном месте!
— Поэтому я очнулся в какой-то сложной печати? Он сам… захотел стереть себя.
— Под моим чутким руководством. Ну и Система мне помогала, конечно же.
Шен почувствовал, как по его щекам катятся обжигающие слезы. Один. В полутьме этого места. В беспросветном отчаянии. С нашептываниями Глубинной тьмы. Настоящий Шен чертил печать в надежде, что скоро все прекратится. Кто-то другой займет его место, встанет на страже последствий. А он просто исчезнет. Навсегда. Настолько он себя ненавидел.
— Чего ты так переживаешь? — не понял Ер. — Все сложилось наилучшим образом!
— Почему вы сразу мне не сказали?
— А что бы это изменило? Его больше нет.
— Для меня — имеет! — Шен зашатался, с трудом устояв на ногах.
— Как хочешь, — фыркнул Ер. — Только не надо меня винить. Это было его собственное решение.
Муан все еще созерцал простирающийся вид, когда почувствовал, как влажная дорожка прочертила его щеку. Он пораженно провел пальцами по щеке, ощущая мятущееся сердце в груди. Вместе с этим он оставался таким же спокойным, как и прежде.
Старейшина пика Славы поднялся с лавочки и зашагал в черный замок, куда обычно не ступала его нога. Внутренний компас отчетливо указывал направление к Шену.
Когда он подходил к зале в конце очередного сквозного коридора, нехорошее предчувствие, обуревающее его уже какое-то время, усилилось.

















