Сборник "Черные бушлаты. 8 книг"

— Вот видите, а ведь про то, каким он стал после вашей с ним встречи, вы знать-то и не могли! Значит, сопоставили свои наблюдения и воспоминания и аналогичные впечатления других людей! И в остальных вопросах и ответах — то же самое!

— Это как же… Как у вас так получилось?

— Долго объяснять, капитан, да и умеют это не все. Надо четко понимать, кому и какой вопрос задать. В какой форме, как быстро. Много еще чего надо знать и, главное, замечать вовремя.

— Да если б такое все могли, мы бы всех шпионов переловили в пять минут!

— Не только шпионов, капитан. Мне вот сейчас гораздо важнее этого вашего старшину разыскать.

— А кто он, товарищ полковник?

— Не знаю пока, только он тут не один такой.

— А то, капитан, что таких вот случаев за последнее время было еще несколько. Неизвестные люди, владеющие новыми для нас методами ведения войны. Странные изменения и провалы в памяти. То, что старшина ваш по-немецки заговорил, как по-русски, — тоже не первый случай. Было уже так.

— А ничего, капитан. Ни с кем из них нам побеседовать не удалось. Кто-то погиб, кто-то без вести пропал. О ком-то мы только слышали, кого-то даже и видели, как впоследствии выяснилось.

Ваш случай — первый, когда о человеке столько известно. Есть даже люди из нашей службы, которые с ним говорили.

— Так ведь и в этом случае, как говорится, поезд ушел. Пропал Леонов без вести, может, и погиб уже.

— И так может быть. Нам понять надо, капитан, с чем мы дело имеем? Что это за люди, почему они появляются, куда потом исчезают? Что им тут нужно, наконец?

— Товарищ полковник, это только у нас так? Или у немцев тоже такое было?

— По нашим сведениям — не было.

Хотя мы всего можем и не знать.

Наступило молчание. Капитан, наклонив голову, рассматривал что-то у себя под ногами.

— Спрашивайте, капитан. Я же вижу, что вас гнетет какая-то мысль.

— Вот вы мне все это рассказали, товарищ полковник. И что теперь? Что я должен делать?

— Искать. Найди мне этого старшину, хоть из-под земли раскопай.

— Так как же… я ведь дальше дивизии и не могу никуда.

— Можешь. Ибо в дивизию, да и вообще в штаб, ты более не вернешься. С сегодняшнего дня считай себя откомандированным в мое распоряжение. Дела сдавать никому не надо, без тебя разберутся.

За вещами твоими мои ребята сгоняют, сколько их там у тебя?

— Почему я, товарищ полковник? Я ведь не сумел его вычислить. И разоблачить тоже не сумел.

— Боюсь, что этого не сумел бы и я. Если бы он сам этого не захотел. А вот ты, капитан, сумел увидеть нестыковки там, где другой просто отмахнулся бы. Помер Максим — и хрен с ним! Какая разница, каким он там перед смертью был? По-немецки говорил или по-китайски? Мертвый же! А то, что в шпионов заигрался, бывает.