Сборник "Черные бушлаты. 8 книг"

И поэтому, практически сразу поверил в то, что я это делаю исключительно из-за денег. Поскольку, почти все деньги, взятые у немцев, я отдаю ему, он счастлив. И будет молчать как рыба. Во всяком случае, пока. С его точки зрения все равно кого грабить. Разницы между русскими и немцами он не видит, для него все они — одинаково неверные. Я, кстати тоже. Но, я ему пока нужен. Вопрос только в том — надолго ли? Это еще хорошо, что он не знает всего остального…

Убитый генерал оказался неслабой фигурой — заместитель командира корпуса. Хай, тут же поднялся изрядный, немцы две недели утюжили леса всеми доступными способами. Даже авиация чего-то там бомбила. В городе резко затянули гайки, увеличили количество патрулей и, если бы не ночной пропуск, мне бы стало совсем кисло. Крест похудел и осунулся, ему стало не до пьянок. С утра и до поздней ночи бегает по городу, проверяет посты. Даже Беренмайер прочел нам лекцию о бдительности. Подполье тоже притихло, видимо понимая всю серьезность момента. Листовок больше не появлялось, стрелять тоже перестали. За все это время мне только и удалось, что задавить на станции какого-то гауптмана. Пользуясь тем, что большая ее часть до сих пор лежит в развалинах, я заныкал его в руинах печально знакомого мне пакгауза. Сразу его там не отыщут, а когда найдут…

Вечерами я сижу и разбираю "наследство". Его тоже накопилось преизрядно, так что, солдатские зольдатенбухи пришлось, отложить в отдельный пакет. Генеральские бумаги тоже занимают немало места, жаль, что моего знания немецкого не хватает для их тщательного изучения. Начал вести нечто вроде боевого журнала, где пытаюсь систематизировать свои "подвиги". Получается плохо, некоторые вещи подзабылись, да и писать я не силен.

Пользуясь болезнью Хасана (ногу он подвернул на обледеневшей лестнице), я единолично на полуторке совершил вояж в сторону фронта. До него далеко, километров триста как минимум, может уже и больше, не знаю точно. Нашел в один из выездов разбомбленный хутор и перетащил туда часть запасов. Мог бы и больше, но Беренмайер грузит меня не по-детски. Он тут собрался домой, в отпуск на Рождество. Вот и хочет притащить своим дочкам побольше всяких приятностей. Поэтому мы и бегаем как намыленные.

В одну из своих поездок по деревням я заметил на улице знакомое лицо. Ба, да это же тот самый парень из гаража. Надо будет заглянуть сюда на огонек (староста тут любитель выпить), да и невзначай им поинтересоваться…

Собираясь в очередную поездку, я уже обдумывал слова, которыми припру его к стенке, когда ко мне постучалась одна из наших "барышень" и сообщила, что меня вызывает шеф. Опять, за рыбу гроши! Ну, что ж ему еще надо-то!? С этими мыслями я постучался в дверь Беренмайера.