Сборник "Черные бушлаты. 8 книг"

Уж лучше так, с пользой для общества, чем в степи да на бегу.

— Ну, что ж, сержант. Спасибо тебе, да и всем вам спасибо от меня. И не только от меня, от всех нас! Налил бы вам, по обычаю, так нету…

— Разрешите? — Сбоку подошел Козицин.

— Слушаю вас, товарищ старший лейтенант!

Вместо ответа он протянул мне немецкую флягу, обтянутую сукном.

— Вот, товарищ подполковник, шнапс немецкий. В казарме взяли.

— Спасибо, старший лейтенант! Очень даже к месту! Ну, сержант, держи. Стаканов у меня тут нет, так что не взыщи.

— Благодарствую, товарищ подполковник.

 — Он взял флягу, глотнул из горлышка. Утер рукавом губы и передал ее соседу. — Не наша водка, но и это сойдет.

— Товарищ подполковник. — Сбоку нарисовался незнакомый боец. — Разрешите обратиться?

— Мы тут это, раненых относили. Так к нам немец подошел и говорит: "Оберстлейтенант, оберстлейтенант!" И рукой тычет на горку, где немцы сидят.

— Ага, это ихнее начальство забеспокоилось. Меня видеть хотят. Ну, сержант, извини! Выпил бы с тобой, так к немцам идти. Еще унюхают чего…

— Мы не в претензии, товарищ подполковник, все понимаем.

Разрешите идти?

— Давай хоть обнимемся напоследок, сержант!

Коростылев встал, и мы обнялись. Я похлопал его по плечу, обнял по очереди остальных артиллеристов.

— Запишите имена и фамилии, адреса. Родным сообщить надо будет, когда к своим выйдем.

— Будет исполнено, товарищ подполковник!

— Я, товарищ подполковник!

— В порядок себя приведи, со мной пойдешь. Одна голова хорошо, а две лучше. Вдруг я чего не усеку, так ты заметишь. Да и сверху посмотришь на мост, а то только я один эту картинку и разглядывал, вам не до того было.

Там, у немцев, видимость хорошая, все видно. Вот и прикинешь, как будешь бойцов вести. Капитан тут пока за старшего остается.

Проходя по станции и пригибаясь в опасных местах, я еще раз осматривал все, что мы успели тут наворотить. Помимо втирания очков немцам приходилось тушить пожар уже по-настоящему, иначе мы имели все шансы не дожить до атаки. И давалось это трудно. Сколько там, Сомов сказал, у нас погибших? Восемьдесят? Похоже, что данные у него устаревшие.

Уже. На моих глазах рухнувшая откуда-то сверху балка сбила с ног одного бойца. Товарищи его, не задержавшись ни на секунду, оттащили ее в сторону, но… Поздно. И что я мог сделать для них? Здесь и сейчас? Я бросил взгляд на старшего лейтенанта. Крепко стиснутые зубы, сжатые кулаки — он еле сдерживался, чтобы не броситься к упавшему бойцу.

— Вместе в плен попали…

— Терпи, старший лейтенант. Ты командир, на тебя многие глядят.