Школьный вальс

— Тебе, кажется, пора.

— Пожалуй, останусь.

Пожалуйста, скажите, что он шутит!

В следующую секунду Арсен подхватывает стул, подходит к нам, с громким стуком ставит его с моей стороны и приземляется, вытягивая ноги. Его бедро касается моего, настолько близко он сидит.

— Надо же, какая честь! — ехидно отзываюсь, бросая на него резкий взгляд.

Арсен весело ухмыляется, наслаждаясь всей этой ситуацией. Мы с Ваней, как вы понимаете, не разделяем его веселья. Вздохнув, я отодвигаюсь от Герасимова настолько, что половина моих ягодиц свисает со стула, и в этой неудобной позе продолжаю рисовать.

Спустя двадцать минут мы с Ваней заканчиваем оформлять название: «1 апреля — День смеха!» и анекдоты. Что же делал Арсен все это время? Разумеется, залипал в айфоне. И, судя по звукам, что из него раздавались с кем-то переписывался.

— Это стенгазета для детей, почему ваш клоун похож на Джокера? — оторвавшись на секунду от гаджета, вскидывает вопросительно бровь Арсен.

— Он не похож на Джокера, — возражаю я.

— Спорим? — протягивает мне свою руку, на что я закатываю глаза и бью его по ладони.

— Я не собираюсь с тобой спорить. Может, ты тогда сам нарисуешь, умник?

— Умничать это по твоей части, Уткина, — беззлобно поддевает меня Арсен, затем двигает к себе ватман, выхватывает у меня из рук карандаш и начинает исправлять мое художество.

Мне хочется протереть глаза, чтобы удостовериться в том, что рисующий Герасимов не плод моего воображения. И знаете что? Ему, черт возьми, действительно удается исправить моего Джокера (не то чтобы я призналась в этом вслух) на милого клоуна.

— Долго вы будете бездельничать? — поднимет на нас голову Арсен.

— Бездельничать это по твоей части, Герасимов, — возвращаю ему шпильку, на что он коротко улыбается, как будто я сделала ему комплимент.

Через час у нас наполовину готовая стенгазета, которую дорисовывать я буду уже в понедельник после уроков. Я не признаюсь в этом и под дулом пистолета, но Герасимов действительно нам помог. И, возможно, без его помощи мы бы не справились так быстро. Возможно.

Мне даже захотелось его поблагодарить, ровно до тех пор, пока он не произносит:

— И чтоб вы без меня делали!

— Прекрасно проводили бы время, — фыркаю, хватаю банки с водой и иду их мыть. Ваня следует за мной с кистями, а Герасимов уже навострил лыжи на выход.

То, что он просидел с нами полтора часа сродни чуду. Этот парень и сорок пять минут урока с трудом выдерживает. Обычно его выгоняют в самом начале или посередине, поскольку он, Долматов и Грачев срывают уроки. Эти трое сеют вокруг себя хаос. В последний раз болваны довели историчку до нервного срыва тем, что играли на задней парте в карты на деньги. Они позволяют себе слишком много, как для одиннадцатиклассников.