Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны "У Черных скал"

В этом напряжении проходит весь день. Нортон не появляется в таверне, и я собираю обед, чтобы отнести ему. Но меня не пускают в штаб, только обещают передать. От этого пружина тревоги в груди сжимается еще сильнее.

Правильно ли я сделала, что не рассказала все еще ему ничего? Или… Об этом ли сейчас думать?

Солнце, временами лениво выглядывающее из-за туч, начинает клониться к закату. А от Роуварда все еще не приходило никаких известий. Ни хороших, ни плохих. И именно поэтому Нортон вывел войска к «тыквенному барьеру» и велел расставить по линии факелы, чтобы в случае чего увидеть.

Сам остается среди них, на передовой. С крыльца таверны удается разглядеть его широкую спину и напряжение во всем теле, когда Родер стоит, пристально всматриваясь в очертания перевала, которые начинают тонуть в тяжелых сумерках.

Но видим мы не то, что ожидали: сначала на дороге появляются хромающие мечники, а за ними тянутся остальные.

Дыхание перехватывает. Нет. Не может быть. Все так… Надеялись! Закусываю губу и сбегаю по ступенькам вперед, к границе, чтобы помочь раненым.

Они идут медленно, поддерживая друг друга, окровавленные, измученные. У некоторых рваные раны на руках и ногах, другие прижимают к груди перевязанные наспех руки. Кто-то едва переставляет ноги, опираясь на товарищей.

— Где генерал Даррел? — голос Родера звенит от напряжения.

— Капище… — хрипит один из солдат, падая на колени. — Генерал хотел прервать ритуал…

Даже представлять не хочу, что там было, настолько сжимается от страха все в груди. Но хуже всего то, что Роуварда-то среди раненых и не видно. Может, он прилетит драконом?

Мы с Анной и другими женщинами бросаемся помогать раненым. Я поддерживаю молодого солдата с окровавленным плечом, помогая ему дойти до таверны. Его лицо бледное как полотно, губы дрожат.

— Тревога! Нападение! — раздаются голоса с разных концов строя солдат.

— Оповестить жителей! Всем спуститься в подвалы! Раненых в таверну! Держать строй! Лучникам приготовиться! — слышу я команды Родера, пока помогаю подняться по лестнице последнему раненому.

Ко мне выбегает Вальчек с луком.

— Ты куда? — останавливаю его я.

— Я все же солдат, Айтина, не могу я все время отсиживаться на кухне, — качает он головой. — А ты иди, там нужны руки.

Но я вижу, что к таверне уже бегут целители и несколько женщин из деревни. Качаю головой и понимаю, что я тоже не смогу остаться в стороне. Подвязываю платье, делаю вдох-выдох и бегу к линии магов.

Наши лучники осыпают стрелами орков, а орки… Нет, они не бьют по нашим — они стреляют по тыквам, причем так прицельно, чтобы сделать достаточно большие прогалы между плодами.

Но, похоже, никто этого не видит, потому что в этой кутерьме все смешивается.

Нахожу взглядом Нортона и кидаюсь к нему, чтобы предупредить.