Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны "У Черных скал"

— Вы сами мне вручили приглашение!

Сначала говорю, а потом понимаю, насколько это глупо звучит — доказательств-то никаких!

Фил явно что-то мутит, хочет выставить все таким образом, чтобы дракон думал, что это я как-то сделала так, чтобы мое имя внесли в списки Избранных. Но зачем?

— Как ты можешь, Ариелла? — «искренне» опешивает от таких обвинений Фил и хватается за грудь. — После всего того, что я для тебя сделал? Разве я так тебя воспитывал?

— Вы настойчиво меня отправляли в храм, несмотря на проливной дождь и размытые тракты! — я скорее просто озвучиваю то, что всплывает в голове. — Я не хотела ехать!

— Ты пытаешься обвинить меня? Ах ты неблагодарная!

Широкими шагами он идет ко мне и замахивается, чтобы ударить, но дракон перехватывает его руку.

— Со своей женой я разберусь сам, — цедит он, глядя на опекуна. — Сейчас советую вам немедленно покинуть эту комнату и мои владения.

— Никаких «но». Иначе я отдам соответствующие распоряжения. Судьба леди Нортон вас больше не должна беспокоить, — Родер так отпускает руку Фила, что тот отскакивает на несколько шагов и с какой-то скрытой злобой смотрит в ответ. — Я жду.

Даже несмотря на то, что опекун покидает комнату, напряжение только возрастает. Дракон снова склоняется надо мной так близко, что я чувствую его аромат: острый от перца, терпкий от смеси дыма и выделанной кожи и сладкий с ноткой спелых яблок.

— Советую тебе хорошо подумать о том, как ты все объяснишь, — говорит он. — И чтобы не было никаких глупостей — не усложняй и так непростое свое положение. Ты поняла?

— Поняла, — отвечаю я.

«Что ты сволочь», — добавляю уже про себя. Вслух не стоит, чтобы не дергать этого дракона за хвост. Время даст мне возможность выкрутиться из сложившейся ситуации.

Всего несколько мгновений он смотрит мне прямо в глаза, словно пытаясь найти в них ответы, а мое сердце сбивается с ритма, как будто в этот момент происходит нечто большее, чем просто обмен взглядами. Дракон отходит на пару шагов.

Дверь снова открывается, и теперь на пороге оказываются двое молодых военных с идеальной выправкой и полной безучастностью на лице.

— Сопроводите леди Нортон в ее спальню и проследите, чтобы она оттуда не выходила, — командует он. — Никого, кроме личной служанки, к ней не пускать.

Не дожидаясь того, что меня выведут под белы рученьки, сама выхожу из комнаты, пересекаясь взглядом с щуплым немолодым мужичком в белом балахоне и с блестящей лысиной. Он смотрит на меня, как на преступницу. Хорошо, что хоть не плюет в меня.

Меня проводят в комнату и плотно закрывают за моей спиной дверь. Тут все перевернуто, матрасы вспороты, подушки раскиданы, чемоданы с моими, точнее, Ариеллы, вещами буквально выпотрошены. Мысленно витиевато ругаюсь и с рыком запрокидываю голову.