Сокровища Валькирии. Книги 1-7
Однако налицо слишком расплывчатый, двойственный смысл, поскольку чуять можно запах, опасность, радость, тепло и вообще всё, что может воспринимать человек органами обоняния, осязания, собственно, чувствами. То есть, совокупностью ума и сердца и ещё такой тонкой материей, как предчувствием, то есть, способностью или даром предугадывать события.
ЧУР — ЧУР меня! Оберег, который потом был подменён и вытеснен христианским «свят-свят». Всякий оберег имеет жёсткую основу словосочетания, поскольку обладает магической сутью, которая может быть утрачена даже от механической перестановки знаков.
И опять приходится подбираться с конца, ибо знак Р — обозначение божественного света, солнца, что хорошо видно в глаголе чуРАться (такая уж у него участь, у глагола, открывать истину). ЧУРАТЬСЯ в современном понимании, открещиваться, обходить стороной или даже брезговать, но в том, древнем понимании — «ЧУР-ЧУР меня!» звучит призыв к некому ЧУРУ с просьбой о защите, слышится «укрой-укрой меня, спаси-спаси меня». Тут и приходит на память любопытное и такое знакомое слово ЧУРКА, производное от малоупотребительного ЧУРА.
Потом я попробовал снять пыль времён со слов, образованных на основе ЧУ и имеющих отрицательное значение.
ЧУМА — первое, что приходит в голову. М — знак смерти, и получается, что ЧУ не бессмертно, как всё божественное, и может погибнуть! Чумой называли многие болезни, связанные с расстройством нервного и психического состояния, и потому говорили «зачумлённый человек», «ты что, очумел?» Вероятно, отсюда и возник ЧУМ (слово абсолютно русского происхождения), наспех построенное жилище для тех соплеменников, в ком умерло ЧУ. (Кто бывал в чумах северных народов, тот знает, что обычному человеку там жить невозможно).
ЧУХОНЕЦ — русское название народности на северо-западе России, прямо скажем, оскорбительное название, ибо грязного, неопрятного, опустившегося человека называют зачуханным. X — хоронить, хранить, прятать, закапывать в землю.

















