Восхитительная ведьма

 – А как же личная жизнь, Олег Владимирович? Вы ведь еще не женаты? Собираетесь вообще жениться?»

«С личной жизнью тоже все хорошо, – дал весьма короткий ответ Владыко. – Они с работой отлично дополняют друг друга. Жениться, разумеется, собираюсь. Как только встречу достойную девушку».

Странно, говорил о достойной, а встречался с Васькой. Боже ты мой, бедный человек!

«Как и вы, она обязательно должна заниматься наукой или, по крайней мере, разделять ваше увлечение фундаментальными науками?» – продолжала журналистка. Вопрос был весьма глупым, но Владыко пришлось на него отвечать.

«Не обязательно. Она просто должна быть особенной. Ведь никогда не знаешь, чем может покорить человек, верно?»

Особенной? И чем это Васька стала для него особенной? Ходила вокруг него на руках, что ли?

ПОСЛЕ ПАРЫ, схватив Женьку за руку, я снова помчалась к корпусу физиков и даже уговорила подругу заглянуть в аудиторию, за дверью которой должен был принимать зачет у своих многострадальных студентов Владыко. Но дверь оказалась закрытой. Проходящий мимо парень, кажется сотрудник какой-то кафедры, дружелюбно сообщил нам, что Олег Владимирович пять минут назад закончил принимать зачет и пошел домой. И мы с Женькой поскакали на первый этаж: я все еще хотела поговорить с этим козлом, чтобы убедить его в своей исключительной невинности и еще раз попросить прощения. Я даже готова была заплакать, чтобы тронуть его ледяное сердце своими слезами. Мы не успели: Владыко вышел из здания университета в тот момент, когда мы оказались в холле. На ходу застегивая куртки, мы бросились следом.

– Ты уверена, что стоит его преследовать? – спросила Женька, которую я упрямо волокла за собой, как на буксире.

– Уверена! – выдохнула я.

Мы вылетели на улицу, на которую уже опустились ноябрьские прохладные сумерки, и направились следом за Владыко на парковку. Мы старались быть незаметными, но, конечно же, светило науки нас заприметил. И резко остановился.

– Что, опять? – спросил он не поворачиваясь. И голос у него был такой, будто бы я конкретно его достала.

– Я хотела извиниться, – жалобно сказала я.

Женьке почему-то стало смешно, и она прикрыла рот ладонями, чтобы не заржать.

– Не стоит, – раздраженно ответил Владыко. – Я заранее простил вас за все. Можете идти.

– Нет, вы сказали это неискренне… Прошу, извините меня, – повторила я голосом профессионально умирающего лебедя.

– За что? За болезнь не извиняются.

– За все. Мне так стыдно из-за того, что я коверкала вашу фамилию, – сказала я, притворившись несчастной, и очень натурально всхлипнула, делая вид, что плачу, а выдавливать из себя слезы – это, надо сказать, тот еще труд!

Олег наконец повернулся.