Восхитительная ведьма

Наверное, сейчас я узнаю, почему Окладникова ревела. Наверняка поссорилась со своим парнем.

– Олег! Остановись! Давай поговорим! – вновь крикнула Васька ему в спину. Я никогда не слышала в ее голосе столько мольбы.

Беги, Олег, беги! Иначе она тебя догонит, и тебе крышка.

Молодой человек, конечно же, не слышал моих мыслей, надо сказать весьма здравых, и замер в нерешительности. Широкие плечи его дрогнули. И он все-таки обернулся. Василина подскочила к нему и, умоляюще заглянув в глаза, схватила за руки.

Меня, притаившуюся под елками, ни он, ни она, к счастью, не замечали.

– Ты не можешь так поступить! – говорила Василина, захлебываясь в своих чувствах, словно в воде, и хватая ртом воздух.

– Прости, – опустив лицо, тихо, но твердо сказал Олег. Тембр у него оказался приятный, глубокий, не то что комариный писк Окладниковой.

– Это неправильно… Не бросай меня, не бросай, – твердила она с мольбой.

– Мы не можем быть вместе. Прости меня. И отпусти. Это все, что я могу тебе сказать, – повторил Олег настойчиво.

Голос его не был таким же жалким, как у Василины, но и веселым его назвать было трудно. Я лишь хмыкнула: думала, что это просто ссора, а они расстались. Забавно.

– Ты не можешь все разрушить! Не можешь, не можешь, не можешь!

– Разрушить то, что уже было разрушено, невозможно, Василина. Возвращайся в корпус. Заболеешь, – тихо и устало сказал Олег.

– Ты же знаешь, что я люблю тебя! Почему ты так со мной? Почему?! – И Окладникова, не в силах больше контролировать себя, стала бить Олега по груди и плечам. Бить и рыдать.

Я поежилась. Никогда не думала, что стану свидетельницей истерики Васьки. Даже толком злорадствовать не получалось.

– Василина, хватит, – поймал ее за запястье Олег.

Ее имя прозвучало почти нежно. Меня едва не перекосило.

– Я тебя люблю! Прошу…

О чем там его просила Васька, мне так и не суждено было узнать. Олег вдруг поцеловал ее, коротко, горько, так, как целуют на прощание, и резко отстранился.

– Пожалуйста… – едва слышно прошептала Василина. Порыв ветра взметнул ее светлые длинные волосы.

– Я все решил. Иди обратно, иначе замерзнешь. Холодно. – Олег резко развернулся и зашагал к стоянке.

До меня донесся всхлип, а следом скрип снега под ногами Василины. Плача, она убежала в корпус. Олег же ни разу не оглянулся. Переждав немного, чтобы меня никто не уличил в подслушивании, я вылезла из-под своей елки, отряхиваясь на ходу. Окладниковой и след простыл, а вдалеке виднелся высокий силуэт ее возлюбленного.

Бывшего возлюбленного. Ох, горе-то какое! Бедная Васька, бросили!

Сочувствия у меня, однако, к ней не было никакого. Чужие расставания ее не волновали, так почему же я должна была переживать за нее? Недавно мою старшую сестру бросил жених – перед самой свадьбой.