"Три звезды" миллиардера. Отель для новобрачных

— Ты несешь полную чушь, Алена, — у меня снова по телу идет дрожь от того, как он произносит мое имя, — дети не должны расти в неполной семье. У наших девочек будут и отец, и мать нравится это тебе или нет. Я никогда не смогу так как ты лихо рассказывать все эти сказки про драконов. Откуда ты их вообще берешь? В интернете?

— Нет, — опускаю глаза, — сама придумываю.

— Как придумываешь? — он смотрит потрясенно. — Реально сама?

— Вот так просто на ходу сочиняешь? — не успокаивается Асадов. Снова киваю.

— Но это же… — он не может подобрать слова, — это же надо записывать! И издавать!

— Я и записываю, — признаюсь ему, чувствуя, как розовеют щеки. О том, что он первый, кому я в этом признаюсь, говорить не собираюсь. — А с изданием ты погорячился, какое издательство захочет издавать выдумки никому не известной Алены Плохой?

— Алены Плохой может и нет. А за детскими сказками жены Асадова, мамы трех очаровательных девочек, поверь, в очередь выстроятся. Еще и подерутся, — Артем говорит спокойно и уверенно, и мне хочется смеяться от его зашкаливающего самомнения.

— Я не буду выходить за тебя замуж только чтобы издать свои сказки, — отвечаю, придавая голосу твердость. — Мне не нужен фиктивный брак.

— Кто тебе сказал, что он будет фиктивным? — резко обрывает меня Артем, уже в который раз за этот день, и я беспомощно замолкаю. Только ресницами хлопаю.

— А каким же он еще может быть? Ты сам предлагал раньше…

— С тех пор некоторые обстоятельства изменились. Никакого фиктивного брака не будет, Аля, мои дочки не заслуживают суррогата. Все будет по-настоящему.

— Но… Как ты себе это представляешь? — не могу сдержать эмоции, они кипят во мне так сильно, что я себе напоминаю скороварку под давлением.

— Что тебя смущает? — он спрашивает с таким невозмутимым лицом, что мне сразу хочется чем-то его треснуть.

— Все смущает, Артем! Абсолютно все! Ты ведь… ты ведь меня не любишь, — договариваю последнюю фразу сдавленным сиплым голосом.

Ну почему я не ходила на курсы актерского мастерства? Сейчас бы переиграла Асадова влегкую.

— Какая любовь, Алена? — слышу в ответ жесткое. — Ты же умная девушка, зачем ты повторяешь все эти надоевшие до чертиков зубодробильные клише? Любви нет. Есть привязанность, есть секс. Есть дети. Остальное — выдумки маркетологов, чтобы было о чем снимать слезливое кино, впаривать цветы и всю эту муету на день Святого Валентина.

— То есть ты, — у меня почти пропадает голос, — ты считаешь, что можно жить вместе только ради детей? Без любви?

— Абсолютно верно. Любовь это красивая сказка, которую все ждут, и которой нет. Зато у нас есть трое детей, так что деваться нам некуда. А привязанность появится со временем.

— Ты забыл про секс, — говорю, глядя перед собой невидящими глазами.