Дело леди Евы Гор
Целитель нахмурившись, поглаживал ее по спинке, пошлепал по попке, но реакции не было.
Я почувствовала, как слёзы накатывают на глаза. Неужели все усилия закончатся трагедией? Мэри, обессиленная, опустилась на кровать, но её взгляд был прикован к мужчине с младенцем на руках.
Не выдержав напряжения, я приблизилась к ребёнку. Моя магия мягко коснулась новорожденной и у той проявились тонкие зеленоватые светящиеся рисунки на тельце. Испугавшись, я отшатнулась. А комнату огласилил первый крик.
— Спасибо, — прошептала Мэри, глядя на нас сквозь слёзы и принимая дочь на руки.
Она, несмотря на слабость, с дрожащей улыбкой прижимала малышку к своей груди. Комната наполнилась тёплой тишиной, нарушаемой лишь лёгким кряхтением младенца, глотнувшего первые капли маминого молока.
Я устало улыбнулась, не в силах вымолвить ни слова. Моё сердце пело!
— Леди, вы усилили природную магию земли этого младенца и помогли ему выжить. Я такого никогда не видел. Слышал только, что наш король может такое.
Наверное, я побледнела, потому что мужчина придержал меня за локоть и помог присесть на стул, подал чашку воды.
— Леди Гор, — начал он тихо, облокотившись на стол рядом со мной, чтобы никто лишний не услышал, — я понимаю, что вам может быть не по себе от всего этого. Но позвольте дать вам совет: о таких способностях не стоит распространяться. Есть вещи, которые лучше оставить тайной.
Я кивнула, ощущая, как напряжение сковывает меня всё сильнее. Что-то слишком много «тайн» и их хранителей.
— Вы абсолютно правы, господин Симонсон, — ответила я так же тихо. — Моя роль здесь помочь хозяйке «Приюте моряка» и жить тихой, спокойной жизнью в домике у моря. Я не хочу, чтобы кто-то предполагал что-то иное.
— Тогда мы будем считать, что ничего необычного не произошло, — проговорил он с лёгкой улыбкой, но в его голосе звучала доля серьёзности. — Новорождённая здорова, а это главное. Пусть она будет просто счастливым ребёнком.
Я взглянула на младенца, чьи магические узоры уже начали исчезать. На её лице была та самая безмятежность, что присуща только детям.
— Благодарю вас, господин Симонсон, — сказала я твёрдо. — За вашу помощь, и за ваше понимание вы будете соответсвенно вознаграждены. Думаю, Мэри ещё понадобятся ваши визиты.
— Вы можете на меня рассчитывать, леди Гор.
В ратушу уже было поздно идти, а ложиться спать казалось бессмысленным — внутри всё ещё кипело нервное возбуждение, требующее выхода. Нужно было занять себя чем-то полезным.











