Дело леди Евы Гор

Собравшись с силами, продолжила:

— Но помимо самого барона остаётся вопрос о его семье — жене и двух дочерях.

Тишина повисла между нами.

— Вы хотите обсудить их судьбу? — прервал мужчина затянувшееся молчание.

— Они не виноваты в том, что сделал их муж и отец, но они понесут наказание вместе с ним. Вопрос в том, какое именно.

Я выдержала взгляд чёрных глаз герцога, ощущая, как внутри что-то болезненно сжимается.

— Полагаю, что вы захотите принять участие в их судьбе.

Герцог чуть опустил голову и потёр переносицу, словно обдумывая это предложение.

— Иоланда… — наконец произнёс он медленно, будто пробуя имя на вкус.

А у меня внутри всё переворачивалось от упоминания герцогом этого имени.

— А также её младшая сестра и баронесса Селбридж, — уточнила я, пытаясь обезличить бывшую... или будущую невесту герцога. — После конфискации имущества барона их положение изменится. Баронесса не сможет найти им подходящую партию, на которую они могут рассчитывать сейчас.

— Вы хотите сказать, что мне стоит позаботиться о них?

— Нет, милорд. Я хочу сказать, что их положение неизбежно окажется под пристальным вниманием общества.

Сделав паузу, я дала время осознать этот факт.

— Если я ничего не предприму, — продолжила, не отводя взгляда, — то в глазах высшего света это будет выглядеть, как жестокая месть герцогини своей сопернице. Ведь даже вы, милорд, заподозрили меня в нечестных помыслах.

— Но если вмешаетесь вы… Это будет очередным плевком мне в лицо.

Глаза герцога сузились.

— Вы намекаете, что все решат, будто я стремлюсь оставить за собой право на леди Иоланду? И что я захочу сделать из порядочной женщины любовницу?

— Вы можете оставлять за собой какие угодно права, милорд, — процедила я сквозь зубы. — Но не забывайте о нашем соглашении. Никакой публичности в отношениях с этой леди ещё четыре года и триста дней.

— Вы считаете дни до аннулирования нашего брака? — изумился герцог.

— Вы вынуждаете меня это делать своим отношением и… поведением! — слова сорвались прежде, чем я успела их осмыслить.

Герцог медленно выдохнул, расслабляясь.

— Ева, вам так невыносимо быть моей женой?

Моё имя, произнесённое обволакивающим разум голосом, заставило вздрогнуть. Слишком интимно для напряжённого разговора. Я стиснула зубы, заставляя себя не поддаваться эмоциям.

— Этот брак — вынужденная мера.

— Да, — согласился он, но не отводил взгляда. — Но если бы всё было так просто, вы бы не реагировали так эмоционально.

Предательский жар разлился по моим щекам, выдавая всё, что я пыталась скрыть.

— Вы любите другую женщину, — упрямо напомнила, стараясь вернуть себе контроль.