Простушка на одну ночь

Кажется, все… Теперь можно привести себя в порядок и одеться.

— Шатохина, мать твою… Вернись и дотрахай уже меня, как следует. Ты что задумала, стерва!

Я скрываюсь в ванной, приводя себя в порядок как можно быстрее. Поправляю поплывший макияж, надеваю платье, взбиваю прическу. Возвращаюсь.

Марсель буянит, изрыгая проклятья и дергая руками.

— Бесполезно. Здесь крепкий дуб!

— Ааа… Это такая игра! — смеется. — Я понял. Все, наигрался. Ты ас, Лен. Отстегивай!

Я перекладываю деньги в свою сумочку и надеваю туфли.

— Нет, Марсель. Не отстегну. Это игра, да. Но… По моим правилам.

Кажется, до него доходит! Марсель взрывается, яростно вскрикнув.

— Накажу! Отшлепаю! Ты за это поплатишься! — грозно рычит обездвиженный красавчик.

— Сначала догони и поймай меня! Оп! — хихикнув, я подхожу к окну, выбрасываю ключи от наручников в окно.

— Ты что сделала? Ты… ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?!

Я подхожу к Марселю и еще раз уделяю внимание его неопавшему член, подрочив немного пальцами. Он пытается достать меня ногой. Но я успеваю отойти и завершаю картину, быстро заткнув рот Марселю своими трусиками в момент, когда он снова начинает обещать, как отыграется на меня.

— Угу-гу… Бу-бу-бу! Му-му… — передразниваю приглушенные звуки. — Кажется, сейчас кое-кто побудет в роли Хатико. Тебе придется ждать, пока придет уборка в номер и вызовет слесаря! Чао! Горячей ночки!

Я быстро смываюсь из номера, повесив на ручку табличку “не беспокоить”. Вылетаю на кураже. Смеясь…

Я счастлива, довольна собой… Пирую победу, даже не представляя, что неприятности не просто стучатся в мою дверь, они ее уже вынесли, сорвав с петель, и заняли все пространство!

Падаю без сил на тонкий, скрипучий диван и закрываю глаза. В голове все еще кружит-кружит. Я все еще танцую, а в крови гуляет игристое вино. Пролетаю все события вечера и хохочу в голос, вспоминая выражение лица Марселя. Привязанный, голый, с торчащим членом. Когда я взяла его член и начала ласкать пальцами, он всем телом навстречу мне дернулся. Деревянные перекладины затрещали.

Я даже начала опасаться, что хваленый дуб — это лишь крашеная фанера! Но дерево выдержало, а Марсель изрыгал проклятия, вплоть до тех самых пор, пока я не заткнула его грязный рот своими мокрыми трусиками.

О, на лице звездного пилота было написано все: ненависть, досада, возмущение и вожделение! Ведь несмотря ни на что, у него ох как на меня стоял…

Я оставила Марселя ни с чем и забрала деньги.

Отдыхай, красавчик…

Я отомстила от души. Не думаю, что он расскажет кому-то в своей жизни о таком позоре. Эта тайна отправится с ним в могилу, а вот я… запросто могу рассказать всем и показать.