Сводные. Любовь вопреки

И он действительно стал уговаривать Соболя отстать от Оли. Обалдеть.

Чертова Оля. Я ей в этот момент жутко завидовала, потому что никогда не умела вот так пользоваться теми самыми женскими чарами, которые в Оле, видимо, заложены от природы.

А что во мне заложено? Умение быть занозой в заднице?

В итоге через пару минут, когда Ник с Соболем, отпустив в наш адрес какие-то презрительные шуточки, все же ушли, я стояла посреди коридора и понимала, что сейчас ненавижу их всех.

Олю за то, что она такая хорошенькая.

Соболя за то, что он мудак, который все вопросы пытается решить деньгами.

И Ника. Ника больше всех.

За то, что пялился на Олю. За то, что не поверил мне. И за то, что прошипел мне на ухо «Дома поговорим».

Я собирала эти чертовы деньги, которые теперь валялись на полу, весело общалась с Олей, обещала ей сходить в библиотеку и положить эти деньги в коробку сбора пожертвований, убеждала ее, что все окей, а внутри ненавидела, ненавидела, ненавидела…

И поэтому неудивительно, что полученное после третьей пары сообщение от Ника «жду в машине за поворотом, едем домой» меня выбесило окончательно.

«иди нахер», — ответила я лаконично.

«нас ждет разговор»

«иди нахер», — снова предложила я.

Если его ждет разговор, пусть сам его и разговаривает. Лично меня никто не ждет. Кроме стеклянного ящика для пожертвований, куда надо опустить соболевские деньги, чтобы пушистым жопкам в собачьем приюте купили много-много корма.

«Алиса!»

«мне с твоей матерью поговорить?»

«да ответь ты блин!»

Что ж, на третье сообщение я ответила, раз он так просит. Все тем же «иди нахер». Отличный ответ, я считаю.

А маме пусть хоть что говорит! Лично я ни в чем не виновата, так что и бояться мне нечего.

Домой я не поехала в итоге. Кинула деньги приюту, а потом просто стояла в безлюдной библиотеке и лениво рассматривала красивые корешки книг, соображая, станут ли они хорошим фоном для фото.

На скрип двери и чужие легкие шаги, приглушенные мягкими коврами, я не обратила никакого внимания. И зря…

— Нравится от меня бегать, сестренка? — вдруг прошептал Ник, каким-то необъяснимым образом оказавшийся сзади меня.

— Что?! Как ты…

Я испуганно встрепенулась, но было поздно: он крепко держал меня.

— Следящая программа, — напомнил мне Ник. — Забыла? Хотя чему я удивляюсь, у тебя память как у золотой рыбки. И ума столько же. Так что, Алиса, поговорим?

Глава 10.Тайное становится явным

Алиса

— Ах ты скоти…

— Тише, — он бесцеремонно зажал мне рот. — Это же библиотека. Тут нельзя кричать. Так что будем спокойно разговаривать. Я начну.

Я замычала и замотала головой, но Ник был неумолим."

"— Ты сегодня совершила жуткую глупость. Это пиздец, мелкая. Ты подставила и себя, и меня.