Замуж по подписке

Марго-то – девица опытная, аристократка, наверняка знающая, как общаться с королевой. Только бы ничего не напортачить! Судя по встрече на рынке, местная первая леди чем-то напоминала королеву из «Алисы»: она явно была способна за малейшую провинность дурниной орать «Голову с пле-е-еч!». Будет обидно, если коза-Марго вернется в свое тело, а у него голова отдельно валяется.

Наконец блюдо опустело, и муж, поднявшись, откланялся. Вальяжно прошелся к двери, застыл у порога и усмехнулся, как-то очень нехорошо:

– Передай тетушке спокойной ночи. И что я непременно заскочу в королевский фонд поддержки и выясню, почему пожилая женщина вынуждена с риском для жизни сдавать жилье, чтобы не умереть с голоду.

Да еще и хромает информирование о колдовской лихорадке…

Я побледнела, потом покраснела, потом почувствовала, как бросило в жар. Хотя это вполне могло быть потому, что герцог с таким преувеличенным энтузиазмом поцеловал мне руку, что едва не оставил на ней засос и не проглотил бриллиант из кольца.

– Хочешь, чтобы старушку взяли на общественное попечение, а меня выгнали? Или желаешь разрушить легенду о больной родственнице?

– Ну что ты, любимая.

Просто помочь тетушке. Легенда легендой, а тут человек страдает… непорядок. До встречи завтра, Марго.

– Спасибо за чай, – напомнила я невоспитанному мужу, как надо прощаться с теми, к кому нахально завалился в гости.

Он, конечно, принес еду, но разве вредность позволила бы об этом вспомнить?

– Не за что, – послушно откликнулся Адриан.

Посмотрел на небо, хмыкнул – и бодро почесал по дорожке к воротам, где ждал экипаж. Хотя с тем количеством пирогов, которое он сожрал, герцог должен был перекатываться.

– Надо бы сказать, чтобы не лопал столько на чаепитии у королевы, а то нас не пригласят ни в один приличный дом, – пробурчала я.

Но это внутри говорило волнение. Как ни старайся быть дерзкой оптимисткой, все равно страшно. Это же королева! А если я себя раскрою? Воистину, беда не приходит одна, с ней еще приходит герцог Адриан Стенеску. Я думала, буду вдохновенно писать проду на новом месте, а теперь придется паниковать.

Чтобы дать себе время отдышаться и подумать, я вымыла посуду, немного помогла Марте с мелкими приготовлениями ко сну, выслушала нытье Эрика…

– Ты хоть понимаешь, как неуютно я чувствовал себя в женском платье рядом с темным стражем?! – возмущенно спросил он.

– А что, в брюках чувствовал бы себя лучше?

– Мы не договаривались, что я буду изображать прожорливую тетушку!

– Ну, положим, прожорливость ты не изображал, все натуральное. Но если желаешь, можем разорвать договор – подыщем себе другой дом. Правда, придется заплатить за услуги уборщиц, мы тут тебе все отдраили. Ну что? Будем разъезжаться?

– Не будем, – буркнул стушевавшийся Эрик.