Мечников. Том 9. Тень правды

И уж поверьте, я не ошибаюсь. Ведь список записавшихся я веду самостоятельно.

— Я не записан. Однако Всеволод Валерьевич обязательно меня примет, — прямо сказал я. — Если вы назовёте ему мою фамилию. Я — Мечников.

— Мечников? Алексей Александрович? — удивился секретарь. — И вправду… Господин Углов упоминал, что вас можно пускать даже в том случае, если запись полностью забита. Но спешу вас разочаровать, господин Мечников. Всеволода Валерьевича сегодня нет. И появится он нескоро.

— Могу узнать — почему? Он в отъезде? — спросил я.

— И да, и нет. Он приболел и передал все дела своему заместителю. Сейчас господин Углов находится в другом городе. Его перевезли вчера вечером. Ему стало плохо прямо на рабочем месте. К сожалению, он не смог помочь себе самостоятельно, а госпиталь был забит. Поэтому нам пришлось заказать карету и направить его за пределы Саратова.

Ох и нехорошее совпадение! Странно, что такое случилось с ним именно перед судом. Будто всё это подстроено.

— Но, если хотите, я могу попросить его заместителя принять вас. Правда, я сомневаюсь, что он согласится брать на себя дополнительную работу, — произнёс секретарь.

— Не стоит утруждаться. Мне нужен не глава ордена, а сам господин Углов, — ответил я. — Прошу прощения за беспокойство.

Прервав разговор с секретарём, я спешно покинул территорию ордена. Меня не покидали мысли о резко возникшем заболевании Углова. Что-то здесь не так… Готов поклясться, что эту ситуацию кто-то подстроил.

Не знаю, какие взаимоотношения между Андреем Угловым и его отцом, но… Почему-то мне кажется, что именно этот гнилой юрист довёл главу своего рода до такого состояния.

Может, он его отравил?

Не стану клеветать. На мой взгляд, нужно быть совсем конченым уродом, чтобы так навредить собственному отцу. Но, с другой стороны, что ещё ожидать от человека, который работает на Мансуровых?

Думаю, Всеволода Валерьевича убрали специально, чтобы он не попал на суд, поскольку всем было известно — он будет действовать справедливо и начнёт валить Викторию и Аркадия Мансуровых.

Первый из трёх человек, кто мог бы помочь мне на суде, выбыл из игры. Остаются только Александр Щеблетов и Евгений Балашов. Хотя на первого надеяться не стоит. Слишком уж велика вероятность, что ему промыли мозги настолько, что он даже видеться со мной не захочет.

Я проскочил из главного корпуса ордена в небольшое здание, что располагалось на задворках лекарского комплекса. Щеблетов должен находиться там, поскольку именно в этом отделе занимаются вопросами финансирования лекарских изобретений и выплатами за патенты.

Когда я прошёл в здание, почти все его сотрудники отлучились на обед. Охраны в нём не оказалось, поскольку в эту часть комплекса редко кто забредает.