Секретный Дозор

Немного осмотревшись, Муромцев решил, что нечего прохлаждаться, а надо работать и найти этого проклятого псевдооборотня. Все свое внимание он сосредоточил на том, что было впереди. Там, метрах в трехстах он него начиналось что-то напоминающее лес. К нему и вели на удивление хорошо видимые простым глазом следы Другого. Опустив веки, Муромцев, осторожно взглянул на все это запрещенное Инквизицией безобразие. Как он и ожидал, радоваться было особенно нечему. Он не видел ничего. За прикрытыми веками была почти полная темнота. Сумрак здесь почему-то не работал.

Это было очень неприятно. Даже просто плохо. Ловить в темноте псевдооборотня без помощи Сумеречного зрения у Сергея не было никакого желания. Такая игра в кошки-мышки Муромцеву не нравилась.

Однако хорошей новостью было то, что у него и здесь была Сила. Сергей чувствовал это по ее слабой пульсации в такт биению сердца. Муромцев посмотрел на свою ладонь, слегка шевельнул пальцами и на ней послушно появился шипяший, напоминающий небольшую шаровую молнию и готовый к употреблению сгусток огня. Сергей опустил руку и начиненный Силой файербол послушно угас.

Становилось все теплее. Он расстегнул куртку, проверил на месте ли боевые жезлы и не спеша двинулся по направлению к лесу. О предстоящем риске Сергей старался не думать. Практически вся его жизнь с тех пор, как Муромцев с благословления Соколова стал Иным представляла собой один сплошной риск. Иногда больший, иногда меньший, но он присутствовал всегда. Поневоле привыкнешь. Сергей понимал, что запросто может погибнуть здесь в полном одиночестве, и никто и никогда не узнает, что произошло.

Тем более Алена. Мало того, Инквизиция, опечаленная его гибелью, еще раз подтвердит запрет на изучение Сумрака за Пограничным слоем, а Другие будут беспрепятственно прятаться в нем от боевых магов, нанося ответные, практически неотразимые удары. И поскольку источник заразы, вызывающий мутации у Иных по всей видимости находится здесь же, Другие будут множиться, пока не заполонят всю Землю. Его-то уже не будет… «Так что ты уж мил друг, Муромцев, постарайся, уважь Иную и прочую человеческую общественность, — сказал он сам себе осторожно приближаясь к лесному массиву.  — Останься в живых». О возможных опасностях Сергей думал без особого страха. О собственной гибели не думал вовсе, хотя понимал всю ее вероятность.

Подходя к лесу, приобретающему все более четкие контуры, он увидел, что это вовсе не лес, а участок местности больше напоминающий собой сосняки или африканские саванны с их достаточно редко растущими деревьями и кустарниками, лишь местами переходящими в сплошные заросли.