Секретный Дозор
Сиднейский балахонщик был в незавидном положении. От постоянных рывков волкулаков, дергавших его за мантию толстый Инквизитор готов был упасть. Защититься сам он тоже никак не мог, поскольку в рукава мантии тоже вцепились оборотни. Ни сотворить фигуру из пальцев, ни достать амулет…
Вынырнув из Сумрака рядом с несчастным Патриком, Муромцев мгновенно поставил магическую защиту, оградив себя и Инквизитора от остальной стаи врагов. Теперь, предоставив возможность обоим магам схватиться со сбегавшимися со всех сторон оборотнями, Сергей смог помочь совсем потерявшемуся балахонщику.
— С вами все в порядке? — спросил он Патрика и, не дожидаясь ответа, снял защиту, что бы теперь помочь магам.
Впрочем, в особой помощи они не нуждались. Временное преимущество, полученное оборотнями в результате столь неожиданного и эффектного появления, было быстро утеряно.
— Спасибо, — поблагодарил Сергея подошедший Инквизитор. — Я как-то растерялся. Впервые вижу такое… Что бы низшие… оборотни объединялись в стаи? Надо срочно поставить в известность руководство, — добавил он и, отвернувшись, застыл, видимо вызывая свое начальство.
— Да, — бережно придерживая слегка пораненную оборотнем руку, подтвердил Тайлер, — поистине это удивительно! Вы согласны коллега? — обратился он к Калебу.
Темный печально стоял немного поодаль от них ссутулившись над изуродованными останками черного как смоль молодого парня. Вместо одной из рук, из-под тела у него неловко торчала звериная лапа.
На вопрос Тайлера он ничего не ответил, а потом тихо, ни к кому не обращаясь произнес:
— Он мне когда-то очень помог…
— Кто? — не понял очнувшийся Инквизитор.
— Я согласен с вами, — ответил Тайлеру Муромцев, задумчиво осматривая учиненное побоище. — Однако в настоящий момент меня больше интересует другое. Ваши Службы и Патрули просмотрели новое явление у низших Темных. Стайность — раз и по крайне мере один из них, — Муромцев указал на дом мистера Смита, — мог трансформироваться не только в волка. Видимо еще в какое-то водное животное. Возможно в акулу. Это-два.
— Почему? — тупо спросил Патрик.

















