Секретный Дозор

Что бы как-то смягчить переход от небольшого степного городка с его спокойной размеренной провинциальной жизнью к бурному и никогда не спящему Нью-Йорку, Муромцев вылетел в Штаты через Питер. В Северную Пальмиру его вызвал Владимир. Проведя несколько дней у него в гостях, Сергей в сопровождении мага отправился в США.

За многочасовой беспосадочный перелет в салоне комфортабельного «Боинга» они оба успели хорошо выспаться. Старому Инквизитору и молодому Высшему Светлому магу очень мало удавалось за последние годы быть вместе. Первый самый долгий и обстоятельный разговор у них состоялся в Салехарде.

И вот спустя годы новое откровение Владимира и новый шок. Еще сильнее прежнего.

Сергей сидел в просторном кресле салона первого класса и бездумно смотрел на сплошную слоистую облачность, так некстати расположившуюся между ними и океаном. Муромцев всегда хотел посмотреть Атлантику, эту колыбель флотов всего мира. Пусть даже почти из стратосферы. Не сбылось. «Боинг» шел на эшелоне в двенадцать тысяч метров, оставляя за собой серебристый шлейф инверсии.

Мысли Сергея были сумбурны: «Инверсия… Кругом инверсия.

Сам он, между прочим, тоже инверсия. Только вот понять кого или чья? Иного? Человека? Скорее всего и того и другого сразу. Бедные родители. Бедная Алена… Собственно я тоже бедный. И, что самое главное, в общем, винить абсолютно некого. Вот разве, что Радомира. Все были в своем праве! Светлые, тот же Владимир, вынуждены были пойти на эксперимент. Интересно, а сами-то они верят в пророчество древнего и, как сказал сам Владимир, полубезумного мага? Быть может, его вообще не было? Как почти всех древних пророков и абсолютно всех богов. С другой стороны схрон они же нашли. Он сам и нашел. То, что домовина оказалась пустой еще ничего не значит. А куда, собственно говоря, Радомир мог деться? Тут вариантов масса… От того, что его могли похитить и до того, что в схроне никогда никого не было. Похитить! Как же… Самого сильного мага всех времен и народов и похитить. Нет, этот вариант не проходит. А вот проснуться по трезвому размышлению он вполне мог. Сам. Не дожидаясь меня. Своего так сказать будильника. А мог и вообще не ложиться. Но это вряд ли. Зачем тогда строить схрон? Спросить бы его самого».

Муромцев подумал, что это довольно здравая мысль. Взять за одно место этого сильно замшелого за последние тысячи лет доледникового старикана и спросить: «А зачем это ты, паршивец этакий, затеял всю историю с пророчеством? Зачем, сукин сын, взбаламутил всех Иных? Ты тут напылил и в кусты? А я расхлебывай?»

Сергей даже заулыбался, представив эту живописную картину. Как он трясет за бороду тщедушного древнего мага, а из того, как картошка из дырявого мешка сыпется песок пополам со мхом и прочей пылью.