Секретный Дозор

В итоге Данилов, как непосредственный куратор «Фантома» в целом и программы реализации «Нижегородского меморандума» в частности своей властью вообще приостановил всякую разработку невидимок. Это случилось за месяц до нашего с ним вчерашнего разговора.

«Значит, за этот месяц что-то произошло», — подумал я. А может быть, и нет. Может быть, Данилов просто закончил мою проверку и решился-таки использовать. Если так обстоят дела, а, похоже, что именно так они и обстоят, то я его так сказать «последний довод королей». Был такой фильм лет тридцать назад. Про ядерную, или как любит выражаться мой старый знакомый адвокат Сашин, ядрёную войну.

Личность, кстати говоря прелюбопытная. Мне вспомнилось, как пару лет назад я был у него в офисе, располагающемся в старинном купеческом доме под номером сто на улице Ильинской. Там, за рюмкой чая по случаю дня адвокатуры, он хвастался мне, что по своему желанию может влиять на погоду. Присутствующие, в том числе и я, тогда это приняли за шутку. Теперь же, в свете последних событий, все казалось возможным и ничего не стоило сбрасывать со счетов. Надо не забыть проверить Сашина, его сотрудников, да и, чем черт не шутит, сам офис на предмет невидимости.

Как бы то ни было, мне следует быть очень осторожным. По-видимому, каких-либо других способов сдвинуть дело по разработке невидимок с мертвой точки, у нашей конторы нет. И, конечно же, я знал, что в обычаях всех спецслужб мира жертвовать рядовыми сотрудниками ради достижения своих, пусть даже призрачных целей. В этом отношении я не питал никаких иллюзий. В том числе и в отношении шефа. Если понадобится, он бросит меня в самое пекло со всеми вытекающими для бросаемого последствиями.

Пора было идти домой. Я сложил папки в сейф, запер кабинет, сдал его на охрану и, спустившись в прохладный и полутемный холл управления, вышел на освещенную, все еще стоящим довольно высоко солнцем улицу.

Проснулся я от того, что меня кто-то настойчиво звал по имени.

— Сергей Михайлович, — чужой, незнакомый голос звучал мягко, но настойчиво, — вы слышите меня? — Проснитесь. Мне необходимо поговорить с вами.

Спать хотелось ужасно, но я сделал над собой усилие и открыл глаза. Было еще темно. Или уже темно? Совершенно невозможно было понять, какое сейчас время суток и, тем более час.

Я огляделся и увидел, что нахожусь в незнакомом помещении, точнее в саду. Причем, похоже, что в зимнем. Сквозь полумрак угадывались очертания оконных рам и экзотической для наших северных широт финиковой пальмы. Поскольку я твердо помнил, что спать лег дома, то решил, что сплю. Даже пошарил в темноте по кровати, в надежде отыскать Алену. Однако ее не было.

— Не надо беспокоиться, Сергей Михайлович, вы у меня дома. В гостях, так сказать. Вы не спите, точнее не совсем спите.