Секретный Дозор

Как начинают гореть вполнакала лампочки при подключении к электросети мощного потребителя, так враз исчезли почти все возможности Иных. Силой стало невозможно управлять, поскольку ее потоки имели сейчас только одно направление — во вне. От Иных к Сумраку.

Сначала у Радомира похолодели кончики пальцев на руках и ногах. Миллионы маленьких тонких иголочек вонзились в его конечности и принялись вытягивать уже саму жизненную Силу. Потом смертельный холод проник в руки и ноги мага, постепенно продвигаясь все ближе к телу.

— Великий… Сережа, — позвал севшим голосом Радомир.

 — Что ты делаешь! Ты же уничтожишь всех Иных!

— Я не знаю, о каком Сереже ты говоришь, — величественно отозвался Сумрак, — но это не я. Я забираю Силу лишь из пространства, не трогая, ни смертных, ни своих слуг.

— Но куда уходит Сила! Я… я теряю ее. Я чувствую это!

— Сила полусмертных, как и твоя Сила уходят в пространство. В мире ее становится меньше, что и вызывает ее отток у моих слуг. Нарушен баланс. Это опасно, я знаю, но надо терпеть. Держись, полусмертный! Еще немного и я их уничтожу!

— Так ты в первую очередь уничтожишь тех, о ком заботишься! — крикнул Радомир, собирая остатки сил.

Могильный холод приближался к груди мага. Иголочки впивались в тело уже где-то у самого сердца. «Кольнет одна, и нет Радомира, — мелькнуло у него в голове».

— Я забочусь только о сохранении Сумрака, — донесся до него ответ Великого. — Если погибнет часть полусмертных — не беда.

— Не сметь отвлекать меня, полусмертный! — загремел в ответ грозный голос Сумрака.

Теряющий Силу Радомир почувствовал, как кто-то очень быстро и умело перетасовал ее в окружающем пространстве, сжал, готовясь применить и в этот момент Радомир крикнул Великому:

— Пелена, Сережа! Бей «Алой Пеленой»! Как я тебя учил, а второго «Черным Тополем»!

Теряя сознание, старый маг увидел, как подернулось розовым маревом небо над звездолетом Трванов, уже разворачивающимся для удара по Финиксу.

Как дрогнул перегретый вокруг его внешней брони воздух и четкий на фоне безоблачного неба корпус космического корабля неожиданно смазался, малиново разогреваясь. Потом он донельзя исказился разно температурными слоями воздуха и, в конце концов, беззвучно вспыхнул алым многоцветьем, оставив после себя лишь небольшое туманное облачко не то пара, не то дыма. Пораженный невиданным доселе зрелищем, Радомир устало закрыл глаза, позволил себе расслабиться и потерял сознание.

Вначале в его сознании возник голос. Далекий, едва слышимый он настойчиво звал его, требовал пробуждения.

— Радомир, вы меня слышите? Василий Петрович!

«Кого это он зовет? — подумал древний маг. — Еще бы трясти начали». Словно угадав мысли Данилова, кто-то осторожно взял его за плечо и легонько потряс.