Северная Корона. Против ветра

 – Дыхание у девушки закончилось на этих словах, и она вынуждена была остановиться, чтобы вдохнуть поглубже воздух. Не так, совсем не так она представляла их общее пробуждение. Где романтика, кофе в постель, воздушные поцелуи? Вместо них – эмоции и непрошеные слезы.

– И именно поэтому ты решила выйти замуж? – спросил Никита. После ночи его обида и разочарование вновь дали о себе знать, хотя он и понимал, что не прав – она не могла ждать его три года только из-за какой-то записки. Он никогда не давал ей обещаний (кроме слов «Я вернусь», разумеется) и не заставлял ее давать ему обет верности.

– Я решила выйти замуж, потому что боялась остаться одна, – призналась Ника. – Решила, что не нужна тебе. Узнала, что ты живешь в другом городе… И с тобой там все в порядке. И Саша стал моим отличным шансом тебя забыть, – сказала Ника. – И сегодня я изменила ему, своему жениху и будущему мужу, – горькая усмешка искривила ее губы. Никита почувствовал, что еще чуть-чуть, и он просто взорвется.

– Ты понимаешь, что я наделала? – опустилась вдруг на пол девушка, закрывая лицо.

Ник потер лицо, не зная, что делать. А Ника прижала ладонь ко рту, словно боясь, что с губ сорвется всхлип.

– Он так старался, – говорила глухо девушка. – Он хороший. Ненавижу измены. Всегда кричала, что так никогда не поступлю. А сама изменила ему. Понимаешь, Никита? – подняла она заплаканные глаза на молодого человека. – Ты понимаешь, что значишь для меня, раз я сделала это? Полюбила бы я чудовище… А ты мне не веришь, – и она вновь заплакала.

– Верю. Возьми. Тебе нужно успокоиться.

Молодой человек протянул ей наполненную до краев стеклянную кружку с холодной водой, от которой ломило зубы. Ника сделала несколько жадных глотков.

Никита сел рядом и без слов обнял.

Какое-то время они сидели на полу молча, и легкий ветер играл с их волосами. Постепенно Ника успокоилась, да и эмоции Никиты отступили прочь.

– Хочешь уехать со мной? – нарушил тишину Кларский. Голос его звучал тихо, но твердо.

Девушка подняла на него покрасневшие глаза.

– Хочу, – просто ответила она, не колеблясь ни секунды.

– Тогда я закончу дела, и мы уедем вдвоем.

– Скоро, – пообещал Никита.

– Саше сказать обо всем надо. Я должна извиниться.

– Конечно. Пойдем в комнату, – встал Ник и помог подняться Нике.

Уже выходя из кухни, он вдруг сказал:

– Что? – удивилась девушка. Она успокоилась, но находилась словно в какой-то прострации.

– Шрам, – напомнил ей парень. – Больно было. Ненавижу боль.

Теперь уже она обняла его. И они вновь замолчали, не понимая, что происходит, но наслаждаясь друг другом.