Северная Корона. Против ветра

Пусть после переполоха у Дионова Леон поймет, насколько плох его сын – это заставит в ближайшем будущем обратить его королевское внимание на сыновей своего брата, Владислава Сергеевича, дабы ввести его в бизнес вместо безнадежного нарика Рика.

И с Машенькой он все-таки еще встретится.

Уже через пару часов Владислав Сергеевич узнал многие подробности свадьбы Александра, правда, недоумевал, почему невесту зовут Ника, а не Машенька. Но это было уже не важно.

Александр вывел Марту на улицу, так же крепко держа ее за руку, молча отключил машину от сигнализации, открыл девушке, пребывающей в каком-то шоковом состоянии, дверь, а сам быстро сел рядом с ней, включил зажигание и поехал прочь от этого места, злой, как последний демон.

Он не предвидел такого вот поворота событий, и теперь проклинал управляющего «Алигьери», хотя понимал, что в первую очередь должен злиться только на себя. Это его и только его косяк. И он должен с этим косяком разобраться.

Саша покосился на свою юную спутницу. Она сидела рядом, ничего не говоря, а просто глядя на свои коленки.

Лицо ее было почти спокойно, но вот ее крепко сцепленные пальцы и отведенный в сторону взгляд до сих пор широко распахнутых глаз выдавали страх. Будто бы вот-вот их нагонит этот мерзкий пошлый тип, так возжелавший заполучить скрипачку в свои грязные руки.

Александру это не нравилось – девчонка не должна бояться рядом с ним! Он что, сидит рядом с ней для красоты, что ли? Да, он виноват, из-за него и случилась эта дрянная ситуация, но пока он рядом, она может никого не бояться, черт побери!

Молодой человек вдруг резко остановил свою серебряную стремительную машину посредине широкого моста, на котором почти не было автомобилей.

Марта, не понимая, зачем он делает это, вопросительно взглянула в бледное лицо молодого человека. Из-за слабого освещения и осторожно спадающих на землю, как плотная ткань на ящик фокусника, сумерек его лицо казалось еще бледнее обычного, и Марте казалось, что ее Саша похож на благородного, но мистического персонажа.

– Девочка, – громко сказал он, нарушая хмурую тишину, повисшую в салоне БМВ, и повернулся к пассажирке.

Длинноволосая изумленно глянула на Сашу, не совсем понимая, что он делает.

Сейчас он выставит ее прочь из машины? Прямо на мосту?

Но ничего такого, естественно, не произошло – Прости, – вымолвил Саша тише, отстегнул ремни и, открыв окно, закурил, не глядя на девушку. Дионов, будучи человеком гордым, очень не любил просить прощения, считая, как правило, свои действия и поступки правильными, но сейчас не мог не сделать этого.