Северная Корона. Против ветра

 – Ты уверен в своих действиях? Эти люди ничего не сделают с тобой?

Это было странно, но за несколько лет совместной творческой деятельности он понял одну важную штуку – даже когда его друг говорит идиотские, на первый взгляд, вещи, они оказываются пророческими. Английский аристократ с наследственным титулом из старинной семьи Грей с первых часов знакомства с остальными членами «Red Lords» говорил, что их ждет мировой успех, чем бесил и без того вспыльчивого Марса, пренебрежительно относящегося ко всем англичанам, ко всем богачам и ко всем мистически настроенным личностям и экстрасенсам. Феликс Грей включал в себя и первое, и второе, и третье.

– Я уверен. Ты же знаешь меня.

Шипение вновь мешало разговору.

– Я все равно за тебя беспокоюсь, идиот. Я приеду, как только смогу.

– Не стоит, – голос Феликса стал чуть более жестким. – Ты приедешь тогда, когда планировал.

– Я планировал прилететь в город почти через неделю. На свадьбу к другу.

– Значит, так и будет.

– Ты один, без охраны, с кучей денег и своей банковской картой. Тебя могут узнать, затоптать, ограбить или шлепнуть, в конце концов. Ты знаешь, я к тебе привык, поэтому не хочу лицезреть в гробу, – сказал Кирилл. – Знаешь ли, я буду переживать.

– Ты же говорил, что эпоха криминала в России кончилась в конце девяностых, – вспомнилось Феликсу.

– Я много чего говорил.

– Ты утверждал, что в России безопасно, – хмыкнул Визард.

– Опасно везде, где есть придурки, умник. Так ты уверен, что моя помощь тебе не понадобится? Мне не присылать друзей?

– Да. Я нашел тех, кто мне поможет. Приятные леди.

– Леди? А ты не теряешься, – засмеялся Кезон сквозь полосу помех. – Ладно, смотри, осторожнее. Менеджер убьет тебя, если ты натворишь делов, как Марс в прошлое свое посещение родного штата.

– Менеджер думает, что я отдыхаю в родовом поместье Греев, – отозвался Феликс-Визард. – Если что, Октавий меня прикроет.

– Звони мне каждый день и говори, что жив, а то я буду беспокоиться, – в голосе Кирилла-Кезона послышалась издевка. – И не сильно приставай к леди. А то у меня такое чувство, что скоро у твоего уважаемого отца, – вспомнил музыкант важного Чарльза Грея, заседающего в Палате лордов, – будет внук.

– Мой первый ребенок появится, когда мне будет тридцать пять, – беспечно отозвался Феликс.

– Откуда же ты знаешь? – изобразил недоумение его друг.

– Интуиция, – коротко ответил молодой темноволосый человек в капюшоне, а связь опять коварно отключилась.

Кезон и Марта продолжали стоять около друг друга, и смущенная происходящим девушка ловила на нем чужие женские взгляды – очень заинтересованные и липкие, как малиновое варенье. На нее взгляды тоже кидали – но уже не такие заинтересованные, а несколько завистливые.