Северная Корона. Против ветра

Родня же со стороны матери Сашу хоть и осуждала в какой-то степени, но относилась к нему куда более тепло.

– И намека на вульгарность и распутность нет, – повторила бизнес-леди чуть громче. Мать Ларисы, услышав это, повернулась к родственнице. Знала, что та намекает на дочь. Сама Лариса вообще не обращала ни на кого внимания – смотрела на идущих под музыку брата и его невесту. Она ничего не понимала.

– Всегда считала, что лучше быть вульгарной стервой, чем утонченной дурочкой, которую обмануть могут все кому не лень, – усмехнулась тетка Саши. Эти две женщины много лет терпеть друг друга не могли, впрочем, родственники родителей Александра вообще друг друга с трудом признавали.

В свое время мама и папа жениха вообще едва-едва смогли сыграть собственную свадьбу, ибо их семьи были против.

– Можно быть утонченной, но очень умной, – повела плечом тетка Саши со стороны матери. Тетка со стороны отца насмешливо усмехнулась – она явно собиралась ответить что-то крайне колкое.

– Дамы, – вклинился кто-то еще из родственников мужского пола, – можно чуть потише, мы же на свадьбе как-никак.

Женщинам пришлось замолчать.

А вот Лариса продолжала недоумевать.

– Ого, – щедро, но со вкусом подведенные глаза платиноволосой девушки, которая в этот вечер выглядела сексуально в своем мини-платье потрясающего насыщенного сиреневого цвета, широко раскрылись, – а это кто еще?

Так вышло, что из всех родственников будущую невесту Александра видела только она, Лариса, – в аэропорту. Кузина Саши четко помнила, как выглядит невеста ее любимого братика по имени Ника. Конечно, девчонка в белом платье и была на нее чем-то неуловимо похожа, но она явно была не Никой.

Кроме нее, в шоковом состоянии были еще три человека из семьи Дионовых: родители Александра и его младший брат Джимми, который ради такого торжества оставил дома любимый скейт и сменил родные джинсы, свободную футболку и кеды на черные брюки, белую рубашку, клубный темно-фиолетовый пиджак и начищенные до блеска черные модные туфли.

То, что вместо Ники под руку с Сашей шла другая девушка, их ошарашило.

– Мила-а-а-ашка, – протянул Джимми, он же Василий, с превеликим изумлением, которое вскорости сменилось веселостью.

 – Когда это Сан успел телк… э-э-э… девчонку, то есть невесту, себе поменять?

Он всегда звал Сашу Саном, с детства и до сих пор. Между прочим, братом Джимми очень гордился, несмотря ни на что. И любил, как, впрочем, и мать. Он был рад любой невесте брата, и вообще всегда, хоть и своеобразно, но подчеркивал Сана.

А вот Владислав Сергеевич, увидев вместо знакомой ему много лет девушки по имени Ника, которой он даже почти благоволил, мгновенно разъярился.