Северная Корона. Против ветра

– Раздражаю? Тогда, может быть, никуда со мной не поедешь?

– Нет уж, ты от меня теперь не отвяжешься! – девушка решила сделать Нику что-то вроде расслабляющего массажа, и ее рука касалась то его затылка, то шеи, то плеч.

– Нравится? – озорно спросила девушка Кларского, наслаждаясь возможностью касаться любимого.

– Нравится. Будешь моей личной массажисткой, – решил молодой человек, которого прикосновения Ники иногда даже заставляли его дыхание сбиваться.

– Если ты будешь мне хорошо платить, – прошептала девушка.

– Телесной. Собой платить будешь, – фыркнула Карлова. – Раб мой.

Никита рабом быть не пожелал, и все то время, пока они ехали до работы Ники, спорили, что, кстати говоря, нравилось им обоим.

– А где мы ночь проведем? – спросила Ника перед тем, как покинуть машину Кларского. Она представляла, что напридумывают коллеги на работе, когда увидят ее, пишущую заявление об уходе. А что скажет начальник. Да плевать уже на все.

– В моей квартире, – ответил парень. – Уедем из города только завтра поздним вечером.

– Завтра кое-что случится, – отозвался молодой человек, постукивая указательным пальцем по рулю. – Я не могу уехать из города, пока это не произойдет. Все, выходи, здесь нельзя долго стоять.

Ника покинула неприметный автомобиль Кларского и, стуча каблуками по асфальту, направилась по направлению к месту своей работы, в котором никогда не планировала больше появляться. Даже в качестве клиентки.

Никита смотрел ей вслед, незаметно для самого себя понимая, что у него в душе воцарилось долгожданное спокойствие – оно грациозно село в вольфрамовый трон его души. И если раньше Ник спокойным выглядел только снаружи, сдерживая в себе десятки разнообразных эмоций, то сейчас спокойствие тихо и незаметно пробралось в его сознание. Чуть позже, анализируя всю эту ситуацию, Никита осознал, что если бы он отомстил за смерть брата и убил бы Макса, Смерчинского и еще несколько человек, попавших в зону взрыва, все было бы совершенно иначе.

Чувствовал бы он удовлетворение?

Смог бы забыть о случившемся?

А смог бы он остановиться?

Никита подождал, пока Ника выйдет из офиса – своего бывшего офиса – и сядет в вызванное ею такси. Он проследовал за машиной, проводив Нику до самого ее подъезда, чтобы удостовериться, что с ней ничего не случится по дороге, и только потом отправился по своим делам, в том числе и на встречу с человеком из органов правопорядка, с которым они обговаривали один из самых важнейших моментов в его жизни. Затем из автомата он позвонил Тане, чтобы узнать, как чувствует себя Настя. Оказалось, что более-менее в порядке – ее состояние стабильное.