Война за проливы. Операция прикрытия

Мой дядя Михаил, не в пример Папа, человек решительный, даже слишком, с необычайной легкостью разорвал дурацкий Берлинский трактат, позоривший Россию тридцать последних лет, и выпустил тем самым на волю силы, которые будут кромсать карту Европы, уничтожая одни государства и усиливая другие. Там, где папа пытался управиться столовым ножом, нынешний государь наотмашь махнул шашкой и разрубил гордиев политический узел, некогда завязанный Бисмарком. Представляю, как забегали все в Вене, Стамбуле и некоторых других местах. А также у нас, потому что еще предостаточно людей, которым сладко было бы видеть падение и унижение России.

Вот и госпожа Антонова, которая наверняка прибыла по какому-то важному делу, сразу же уединилась с тетушкой и долго разговаривала с ней о чем-то. За это время мои смутные догадки превратились в уверенность, что речь у них шла именно обо мне.

Наконец они закончили свой разговор. Меня позвали вниз. Конечно же, теперь им необходимо было поговорить со мной… Но о чем? По правде говоря, я была заинтригована и немного волновалась. Я думала: неужели будет обсуждение моего грядущего замужества? Надеюсь, ничего не изменилось?

Мысли о пригожем и обходительном сербском королевиче стали привычны для меня за это время. Кажется, я даже была влюблена… Но, впрочем, разве грешно быть влюбленной в своего же будущего жениха, вполне достойного и обаятельного молодого человека? Думаю, что нет. Наоборот, это большая удача, что мы с Георгием понравились друг другу… Едва ли что-то могло помешать нашим планам. Так что с некоторых пор добродушные поддразнивания сестричек перестали на меня действовать.

Внизу меня ждала неожиданность: госпожа Антонова, оделив меня внимательным взглядом, сказала, что хочет поговорить со мной с глазу на глаз, то есть без тетушки Ольги. Я растерялась и только молча взглянула на тетушку, которая с ободряющей улыбкой мне кивнула. Собственно, мне нечего было опасаться. Просто госпожа Антонова была для меня пока еще чужой; мне казалось, что от этой сухой и подтянутой женщины веет холодом, как от Снежной Королевы. Но и всего лишь. Я-то уже достаточно взрослая, чтобы без трепета разговаривать с людьми, пусть даже они не являются для меня лично близкими (как, например, Вячеслав Николаевич). Он не заменил нам Папа, да и не мог этого сделать, зато он стал нашим Защитником и Учителем. В его присутствии мы чувствуем себя в полной безопасности. А госпожа Антонова, по крайней мере, очень важный человек для нашей семьи… Она тоже наш защитник, только видим мы ее редко, а тот холод, который она носит в себе, предназначен не для нас, а для тех нехороших людей, которые еще встречаются в нашем Богоспасаемом Отечестве.