Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2

Новое для меня чувство… когда один только взгляд в твою сторону, раздражает, приводит в ярость… Аллан – мой брат и ни разу не подвел, ни в чем. У нас нет друг от друга секретов. Так что… куда ж без него? Расскажем. Но остальным незачем знать. Главное обезопасить тебя на совете, чтобы ты могла объявить о себе и занять пост главы клана. Со временем, когда твое положение укрепится, многое изменится, и правда о происхождении перестанет быть проблемой.

– Перестанет быть проблемой? А как же закон?

– Из любого правила есть исключения. Я видел свет твоей души.

Он чист и не отравлен порчей, ни малейшей червоточины – я готов поклясться в этом перед всеми. Тебя признала своей дочерью леди Мьирра, мать Эннари, принял Лес и звери. Тебя выбрал феникс. Он ведь знает, что ты иномирянка?

– Да. И дракон с василиском, и Вечный. С самого начала."

"– Тем более. Значит, ты никогда не впустишь в себя печать мрака и не навредишь Краиру.

– Печать мрака? – повторила удивленно. – А что это такое? И при чем здесь она? Я не понимаю…

– Сумеречный всегда умел искушать. Просачиваясь в наш мир, он веками старался подчинить себе людей.

Некоторые поддавались, становились его служителями. Но тот, кто рожден под сенью Вечного, способен усваивать лишь крохи энергии Сумеречного. Больше ему, при всем желании, не впитать, иначе просто сгорит до тла. Поэтому с отступниками довольно легко справиться.

Фарн замолчал, словно подбирая нужные слова, и после недолгой паузы продолжил:

– Только иномирная душа может принять на себя печать мрака и стать полноценным проводником силы Сумеречного Леса. Страшной силы, которая в состоянии сокрушить Краир и открыть путь своему господину.

Именно по этой причине много веков назад и появился закон, обязывающий уничтожать «чужаков». Но ты откликнулась на зов Вечного, впустила его в свою душу, значит, для Сумеречного уже бесполезна.

«Проводник силы Сумеречного… в состоянии открыть ему путь», – гулким эхом продолжало звучать у меня в ушах, даже когда наследник закончил говорить.

И я спросила, больше всего на свете страшась услышать ответ.

– Ты говорил, что в последнее время нападения каэдов участились, стали более спланированными, серьезными, опасными.

А когда это началось?

– Около двух лет назад.

Ох…

– Кайден, то, что я тебе сказала… еще не все, – зажмурилась на мгновение, облизала внезапно пересохшие губы. – Боюсь, я не единственный «чужак» в этом мире и Сумеречный уже получил нужного ему человека.

И опять Фарн внимательно слушал, позволяя мне выговориться. Не перебивал. Не задавал вопросов. А я сбивчиво перечисляла факты, свои предположения и выводы, описывала лопнувшую в руках Маслова сферу, пересказывала содержание писем.