Средневековая история. Тетралогия

У Лейфа в глазах такое светилось… ради своей Ингрид он готов был переплыть море, пройти по горящим углям, слопать живую гадюку, достать луну с неба… любил он ее! Без меры и памяти!

— Ты приходи с ней вечером? Познакомимся, посплетничаем о своем, о девичьем…

— Я — графиня, — лукаво улыбнулась Лилиан. — Но даже графине нужны подруги.

— А в книге Альдоная сказано, что душа у всех одинакова.

— Так вы следуете книге Альдоная, госпожа?

Лиля улыбнулась. Тонко и с намеком.

— Разумеется. Как и каждый в этом мире.

Слова «пока мне это выгодно» повисли в воздухе.

Но Лейф их услышал.

— Мы придем. Обязательно.

Шелестнула занавеска.

И ювелир вернулся. Поставил на столик перед Лилиан небольшой сундучок, склонился в поклоне.

Лиля распахнула крышку. И не удержалась от возгласа восхищения.

Были б у нее деньги…

Два небольших изумруда, травянисто-зеленого, насыщенного оттенка ограненные в виде кабошонов — а вот и самое главное!

Лиля вытащила один из гнезда, посмотрела на сережку и покачала головой.

— Присядьте, почтенный Хельке.

— Госпожа графиня! При вас! Я не смею!

— А вы присядьте. Поговорим.

Кажется, мужчина ожидал от нее неприятностей.

— Скажите, почтенный, у вас все серьги такие?

Серьги ей не понравились своей застежкой. То есть ее отсутствием. Висит изумруд на проволочке, проволочка продевается в ухо. И чуть загнута сзади. Ну ладно еще так дешевые сережки носить. Но дорогие?

— Да носить их уж больно неудобно…

Взгляд ювелира на миг стал острым.

— Так все делают, ваше сиятельство…

— Так и мои серьги сделаны. А я хочу, чтобы вы переделали, как мне нравится!

— Это как же, ваше сиятельство?

— Бумага и перо есть?

Хельке кивнул и достал откуда-то из-за конторки бумагу перо и чернильницу.

Самую обычную. Не непроливайку.

Кажется, нет. Ну да ладно! Только дуры выкладывают все карты на стол.

Лиля обмакнула перо в чернила и аккуратно изобразила на бумаге сережку.

С английским замочком.

— Это несложно сделать. Из любого металла.

Ювелир вгляделся. Поднял брови.

— Ваше сиятельство, я такого никогда не видел…

— А вы посмотрите. Попробуйте сделать. Сначала на чем-нибудь простом. Неблагородном. А как решите поговорить со мной — приходите. Я остановилась в «Свинье и собаке».

Лиля царственно (а то ж! Таким весом!) поднялась с кресла, показывая, что визит окончен.

— Если решите со мной поговорить — я еще буду здесь до конца ярмарки. Может быть, вы пожелаете увидеть еще что-то новенькое…

Ювелир и слова сказать не успел. А женщина улыбнулась — и вышла из лавки.

— А теперь в «свинью и собаку».

Для одного дня хватало событий.

Лиля не могла знать что Хельке, закрыв дверь за странной посетительницей, цыкнул на подручного, чтобы тот закрывал лавочку. И бросился в мастерскую.