Средневековая история. Тетралогия

Лиля крепко обняла нянюшку, погладила по голове… и вдруг ей пришла в голову отличная мысль…

— Нянюшка, родненькая, ты не сделаешь для меня одну вещь?

Такие мы, женщины, за ласковый взгляд да слово доброе…

— Не поможешь мне с Мирандой? Из меня ты настоящую графиню сделала. А ею и заниматься некому. Ты ж ее няньку видела?

Судя по поджатым губам, Лиля попала в цель. Видела.

Может, даже уже и сцеплялись. А если нет — так сцепитесь, я помогу…

— Нянюшка, я хочу, чтобы ты воспитывала Мири, как меня. Это ведь твое воспитание, если бы не ты, я бы в жизни такой умной не стала…

— Лилюшка, да силы у меня уже не те…

— А ты можешь и ее няньке приказать.

Главное проследи, чтобы она все в точности выполнила, — Лиля коварно улыбнулась. — Я распоряжусь — Кальма твои приказания как мои выполнять будет. Да и у пастера нашего сынок примерно возраста Мири…

— А с ним что, Лилюшка?

— Они тут поживут какое-то время. Пока храм не построят заново. Да и домик тоже. Ты наверное уже слышала?

— А под твоим руководством и он обтешется, хоть сопли рукавом вытирать не будет…

Марта довольно закивала. Хотя и не могла понять — чем плохо вытирать сопли именно рукавом? Или подолом? Удобно же… Лиля улыбалась про себя.

Так вас, гадов!

Теперь Марта будет воспитывать Кальму. Кальма — интриговать против Марты. И на Лилю с Мири у них сил и времени просто не останется. А если что, подсунем им пастерского сынка. Пусть издеваются. Авось до смерти не заласкают?

Лиля довольно улыбалась, расписывая Марте все прелести командования новой нянькой. И старшей-то она будет, и самой главной, и без нее никуда…

Кальме она все попозже скажет, как увидит.

Это классика воспитания.

Если в доме живет кот, он будет гадить в тапки, драть диваны и шкодить.

Как ни лупи. И лучший выход из положения — не выкидывать первого, а завести второго кота. Тогда они будут заняты друг другом. А вы понадобитесь только для того, чтобы кормить. Ну и чесать иногда. А так — зверям интереснее будет друг с другом, а не с вами.

Иногда они будут пакостить. Но очень редко.

Вот это Лиля и провернула сейчас с Мартой и Кальмой.

Теперь вы есть друг у друга. А я буду заниматься делами.

Лиля пообещала нянюшке распорядиться насчет переезда и Кальмы — и удрала.

Якобы — к пастеру.

Только отвяжись со своей заботой. Любить ты меня любишь, но ведь рассекретишь ни за медный грош. Я тебя тоже люблю. Но доверять тебе уже не смогу.

Мне больно и грустно, но я ведь не Лилиан Элизабетта.

Сплавив няньку, Лиля перевела дух и отправилась к Ширви. Предварительно накапав в кувшин с вином еще наперстянки и слабительного. Рвотное пока подождем, все ж таки ядовитое растение, а ей надо допечь мужика, а не угробить.

Ширви был бледен, печален и на графиню смотрел затравленным взглядом.