Средневековая история. Тетралогия

Куда ты сейчас отправляешься?

— В Иртон. Кстати, у тебя не найдется ли чего интересного для графини?

— У меня серьезный груз, друг мой. Аварец.

Али на миг задумался, а потом кивнул:

Селим огладил бороду.

— Королевский подарок.

Аварцы действительно стоили столько, что их могли покупать только очень немногие.

Это была совершенно особая порода коней. Огненно-рыжие, 'солнечные' кони с черными хвостами и гривами. Выведенные столетиями отбора, они просто не могли скрещиваться с другими конями. То есть могли — но от смешанных браков аварцы уже не рождались. Кровь терялась в первом же поколении.

Ханганы очень неохотно продавали коней на сторону.

— Моя жизнь дороже стоит. Или ты его кому-то вез?

— Не без того. Хотел в Ативерне продать. Говорят, Эдоард сына женит, вот было бы на подарок…

— Обещаю — в цене ты не потеряешь…

— Али, друг, ты же знаешь, с тебя я лишнего не спрошу…

Мужчины переглянулись и усмехнулись. Это была своеобразная прелюдия к торгу. Уже через десять минут каждый будет стенать, что небо свело его со скопидомом и скрягой, угрожать гневом Великой Кобылицы, чуть ли не рвать на противнике бороду… Но рано или поздно о цене они договорятся.

Так и произошло всего через два часа.

Мужчины выпили еще вина, Скрепили договор рукопожатием — и Селим заметил:

— А ведь у меня на борту есть кое-кто, кому любопытно будет посмотреть на твою ногу.

— Тахир Джиаман дин Дашшар.

Удивление Али было понятно. Тахир был выдающимся лекарем. Был принят самим ханганом, писал стихи, изучал свойства трав…

— Потому что есть болезни, которые не в силах вылечить даже он. А если болеет сын Великого Хангана…

Мужчины переглянулись. Все было понятно без слов.

И то, что целителю пришлось бежать, и что Селим рисковал жизнью. Тогда понятно, почему он вышел в море в это время. Али пожал плечами.

Великий целитель оказался высоким сухопарым стариком с длинной бородой и доброй улыбкой.

Он ощупал ногу Али, осмотрел ее — и покачал головой.

— Я был бы счастлив узнать, кто это сделал. Воистину, сего мудреца осенила благодать Звездной Кобылицы.

— Это сделала женщина. Графиня Лилиан Иртон.

Али пришлось повторить рассказ еще раз. Результат оказался предсказуем.

Целителю захотелось отправиться в Иртон.

Спустя несколько часов корабли расстались.

Корабль Али стал тяжелее на одного коня, одного целителя и двух его ручных мангустов.

Время до обеда Лиля уделила Миранде. Время после обеда — пленникам. Работорговцев она распорядилась пока не трогать. Только пленников.

Засела в кабинете, приказала приводить по одному — и принялась расспрашивать. Что, кто, как, где жил, чем занимался…

У нее в активе оказалось шестнадцать потенциальных рабов. Из них — два плотника, семь крестьян, шесть матросов и один учитель.