Пленники Раздора

Но они видят в нём только больного пса, на которого и смотреть тошно, и пнуть жалко. А он не скотина какая-то! Он Осенённый! Ходящий! В нём Сила!

Нет, он не трус. Если бы не наузы, которыми его оплели, он бы разорвал глотки этим самонадеянным скотам, он бы…

На пороге каземата застыл озадаченный Ильгар. В одной руке обережник держал горшок с ужином, а другую отвел в сторону. На кончиках пальцев переливался голубой огонек.

Сияние чужого Дара ослепило Беляна, резануло по глазам, ужалило внезапной болью. И страшная глухая ярость наполнила душу пленника до краев. Она душила, мешала думать, застила сознание.

Он уже не видел ничего от гнева, от невозможности отпустить злость и обиду.

…Ильгар успел увернуться, хотя движение кровососа было стремительным и внезапным. Выуч ударил метнувшуюся к нему смазанную тень, та взвыла, захрипела, прянула в сторону, бросилась к стене. Отскочила. Кинулась снова.

— Зоран, оберег! — успел прокричать ратоборец за миг до того, как Ходящий упал на него сверху…

Неслышимый, но при этом раскатистый и гулкий звук ударил по ушам, взорвался в голове. Белян не понял, что это такое, да и задумываться не стал.

На его стороне были сила, скорость и злоба. А человек… он слишком медленный и неповоротливый.

И всё-таки Охотник успел ударить. В каморке было тесно — не развернуться. Правый бок взорвался жгучей ослепительной болью. Узник взвыл, чужая Сила отшвырнула его в сторону. Он едва устоял на ногах и тут же снова бросился. Ударил наотмашь, чтобы убить, снести голову с плеч. Ух, сколько же в нём мощи! Однако человек ловко пригнулся, и тут же снова что-то чиркнуло по боку. Пленник взревел и рванулся прочь.

Не смогут. Они не смогут его остановить.

Ни один.

…Ильгара с размаху приложило об стену. На миг перед глазами всё помутилось, но боли он не почувствовал — лишь злость. Вот же тварь! Там ведь Зоран у двери. Не отобьется!

Послушник рванулся туда, где катался по полу клубок из двух сплетенных тел. Навалился сверху, вцепился тому, кто явно одерживал победу, в волосы. Дар вспыхнул, охватывая голову кровососа. Ходящий выгнулся и заорал, но вместо того, чтобы ослабнуть, рванулся с ещё большей яростью, оставляя в кулаке у обережника клок волос…

Низкую дверь Белян сорвал с петель. Она с треском грохнулась об стену.

Позади кричали, но беглец уже не слушал, он рванул вперед, по длинному коридору, туда, где ждала свобода. Он им всем покажет…

…Зорана дёрнули вверх, ставя на ноги. Ильгар рявкнул в лицо колдуну:

— В покойницкую, бегом! Скажи, чтобы заперлись! — и ещё толкнул для скорости, а сам бросился в другую сторону, видимо, к людским.

Выученик Донатоса мчался коридорами, сжимая в руке нож. В голове билась только одна мысль, дарившая хоть какое-то облегчение: успел сломать оберег, успел подать сигнал тревоги.