Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

А теперь, пожалуйста, следуйте за мной и давайте поторопимся, пока дыхание Феденрира не застало нас по эту сторону барьера.

Хаджар поднялся и отправился следом за Эдугом. Он мало что понял из сказанного. Но что ему было точно известно, что кроме отсутствия угрозы в маге, Хаджар ощущал и практически полное отсутствие энергии у волшебника.

Перед ним шел простой смертный…

Чего не скажешь о деревни, вид на которую открывался с уступа, где они остановились. Нейросеть тут же определила архитектуру, как родственную той, что некогда прославила страну Гиртай на многие поколения. Пока та, увы, не исчезла вместе с гибелью своего божественного покровителя и последнего хранителя-дракона. Хаджар так и не смог собрать эту историю до конца, но не терял надежды, что однажды архив пополниться полной летописью Гиртай.

— И почему вы, будучи тем самым простым смертным, — добавил Хаджар. — Не превратились в ледышку.

— В первую очередь, — Эдуг похлопал по полам своих меховых накидок. — правильный выбор одежды, а во вторую.

Он остановился буквально за несколько ступеней до своеобразной дороги, одним концом уходящей под арку ворот, а вторым — петляющей где-то среди дальних пиков.

Волшебник протянул ладонь, на которую, так же как недавно на ладонь Хаджара, спустился кристаллик льда.

Хаджар замер в ожидании.

Если снежинка смогла ужалить адепта, тело которого способно выдержать прямое попадание залпа десятка артефактных пушек, то что должно произойти с плотью простого смертного? Ответ оказался одновременно простым и в то же время он опровергал все то, что на протяжении нескольких веков Хаджар познавал о Безымянном Мире, его секретах и мистериях.

Снежинка, как и положено, попросту растаяла на ладони Эдуга и ветер унес её мерцающим разноцветьем блестящих брызг.

— У меня есть все что нужно, прославленный генерал, чтобы, как вы выразились, не превратиться в ледышку.

С этими словами Эдуг спустился на дорогу, подошел к двум высоким женщинам, одетым в похожие одежды, и что-то произнес на незнакомом нейросети языке, указывая при этом на самого Хаджара.

Тот все это время молча смотрел на замерзающие на ветру брызги, превращающиеся в снежную пыль. В сознании крутился наказ Травеса.

И почему-то сейчас он звучал куда громче, чем прежде.

Хаджар мысленно выругался. Нет, он не имел ничего против татуировок — одной больше, одной меньше. Значительная часть его тела давно уже была покрыты ими — начиная именной и заканчивая гербом Лазурного Облака.

— Они отказались от татуировок, генерал, — тут же ответил Эдуг, после чего указал на виднеющийся вдали, у излучины дороги, домик. Сквозь заиндевевши окна виднелся свет масляной лампы, а заваленный снегом дымоход степенно пыхтел серыми облачками.