Магия Фиора

Нанялся к одному, потом, по его поручению, к другому, и что бы ты ни совершил по приказу первого, твоей вины нет. И это далеко не единственный способ. Существовало множество всяких хитрых условий, о которых даже не все местные знали, не говоря о чужаках. То есть будь Эль в полной силе, нет никакой гарантии, что ее магия разума точно помогла бы. Что-то подозрительное почувствовала бы обязательно, но без конкретики.

Поэтому абсолютную гарантию давали только клятвы посвященных какому-то конкретному богу. И одну такую мы получили.

— Я, Шивил Торг, посвященный богу войны Шторгу, признаю, что, нанимаясь к князю Ва’Диму с целью захвата его самого и его жен, поступил неправильно, и обязуюсь ему служить, пока не искуплю вину, — произнес воин.

Не знаю почему, но мне эта клятва не понравилась. Вроде бы все в порядке, и Эль, воспользовавшаяся амулетом, не видит ничего подозрительного, а все равно что-то не так. Понял! В тексте клятвы слова «клянусь» нет. Нюанс, однако. Может, и мелочь, а непорядок. О чем сразу и заявил.

— Я не специально! — попытался оправдаться воин.

— Не врет, — подтвердила светлая.

— Тогда давай еще раз, но более аккуратно подбирая слова, — разрешил я.

— Я, Шивил Торг, посвященный богу войны Шторгу, признаю, что, нанимаясь к князю Ва’Диму с целью захвата его самого и его жен, поступил неправильно. Но клянусь впредь честно ему служить, охранять и не замышлять зла против него и против всех, кого он укажет, на срок прежнего с ним договора. Мои слова честны, и нет желания обмануть, Великий Шторг тому свидетель, — повторно произнес воин.

Еще не перестала звучать фраза, а я что-то почувствовал. То ли холодок и пробежавшие по спине мурашки, то ли шевеление волос, то ли нечто похожее. Мои ушастые явно тоже, и было видно, что этому рады. Эль с Ларой и так не сомневались в возможности вернуть магические способности сразу по возвращении домой, а теперь получили этому прямое подтверждение. Ведь сила Древа Жизни по своей природе не отличалась от такой же любого из богов.

— Ваш бог войны Шторг принял клятву, — произнес один из гномов.

Потом посмотрел на свой амулет и несколько удивленно и при этом снисходительно добавил:

— Наш Торин Каменный Топор — подгорный бог войны — не возражает.

Только что поклявшийся воин едва заметно скривился. Мол, какое мне дело до возражений одного из ваших подгорных богов, даже если он и коллега Шторга. Но вслух ничего говорить не стал. Пусть и посвященный богу войны, однако не фанатик. Уже хорошо.

Я сначала не очень понял, зачем перед этим говорилось о храме, причем не простом, а специальном, когда можно поклясться в любом месте, и бог, если у него будет хорошее настроение, засвидетельствует. Оказалось, не все так просто.