Невменяемый колдун. Книги 1-12

Или ты сомневаешься в моем отличном зрении?

Запыхавшийся Кремон недоуменно пожал плечами:

– Почему же ты тогда сломал столб плечом, когда там еще оставалась неперерубленной внушительная часть? Ведь приказ был: «перерубить», а не сломать!

– И нечего акать! – разозлился ветеран. – Приказы надо выполнять буквально и скрупулезно! А с мечом ты что сделал? Это ведь не топор! С оттяжкой надо рубить! И наискось к волокнам. А ты что делал? Позор для любого воина сломать оружие! Да еще и не в бою! Пошли. Буду учить тебя справляться с древесиной.

И рассерженный дворецкий помчался вниз по ступенькам легко и уверенно, словно и не было у него тяжелого многочасового утреннего наставничества за плечами, всем своим видом показывая полное презрение к подобным трудностям и испытаниям.

«Что и говорить, – пронеслось в голове молодого колдуна, – ветераном быть хорошо! Да еще с такой буйной фантазией.»

Итогом следующей получасовой тренировки стал еще один сломанный меч.

Во время завтрака Кремону удалось подробно проинструктировать Мальвику по поводу обеденных экспериментов с боларами. Хотя он и сильно сомневался, что косоглазое создание ничего не перепутает, все сделает должным образом и сумеет дословно передать хуторянке Лирне все просьбы и пожелания.

Но делать было нечего, и очень хотелось сократить отчасти бесполезное время на дорогу туда и обратно. Поэтому только и оставалось, что надеяться на неожиданную помощницу.

А после завтрака началась пятичасовая тренировка с «Истуконом». Три часа она проходила под выкрики рассерженного протектора Агвана, а потом еще два – под едкие замечания посвежевшего после сна дворецкого. Но как на него ни кричали наставники, как ни подгоняли, Кремон принял очень осторожную тактику боя, всеми силами стараясь избегать даже малейшего ранения и с полной сосредоточенностью подстраивая свой организм под амплитуды движений полумеханического монстра.

И с каждым часом ему все чаще и чаще удавалось достать кончиком меча обозначенного места на теле «Истукона».

В итоге, когда пришло время обеда, молодой колдун рассмотрел на своем теле лишь несколько царапин и сразу бросился в душевую. Затем переоделся в чистую одежду и, лишь его нога шагнула во внутренний двор, свистнул в своей залихватской манере.

А пока добежал до стойла, один из новых конюхов уже выпускал оседланного Торнадо.

Вороной истосковался по прогулкам и мчался как стрела Чуть ли не за минуту он донес своего седока до кромки леса на Южной дороге и там резко повернул вправо, к расположившейся чуть в стороне, в удобной лощине между холмами, небольшой компании Две стреноженные лошади паслись чуть поодаль, а на огромном покрывале расположились хуторянка Лирна и названная внучка протектора Агвана.