Пара для дракона, или просто будь пламенем

И как бы могла Ири его за такое осуждать?

— Извините, можно задать личный вопрос?

Драконица поощрительно улыбнулась, готовая сообщить, что совершенно не замужем.

Ну, надо сказать, так Ири ещё не оскорбляли — по крайней мере, безнаказанно.

— А я… похожа? — поинтересовалась она чуть резче, чем стоило бы.

— Очень, — активно закивал Ихор. — Такая, как в легендах!

Ири отвернулась к окну, чтобы скрыть свою реакцию. Рот стал полон острых клыков.

Кто другой за такое высказывание уже лежал бы со свёрнутой шеей, но — это же пара. Тем не менее, подумать только: он решил, что она — фейри.

Как только в голову пришло?

— Я прошу прощения, — вмешался вдруг Фьорд. — Почтенный… Ихор, верно? А не могли бы вы рассказать, какие эти эльфы в ваших легендах?

— Это прекрасные, справедливые и мудрые вечные создания, — быстро сказал истинный, поглядывая на неё. — Совершенные люди со звёзд, которыми правит красавица-королева. Они хорошо стреляют из луков и роняют больших слонов. Ну… так в фэнтези обычно бывает, хотя и не во всяком. Эй, если я сказал что-то не то, то прошу прощения! Я не подумал, что тут может быть совсем другая вариация на тему эльфов.

Моя вина.

Драконица вздохнула. Вечные и прекрасные… а уж какие справедливые! Но да, кто бы сомневался, что фейри были хороши в пропаганде. Те, кто видел их издалека, вполне могли сказать, что они вечны, прекрасны и дальше по списку. А те, кто видел сблизи… Ну, мертвецы сказок не сочиняют.

— Это я прошу прощения, — сказала она мягко. — Не учла, что в вашем мире могут быть другие представления о эльфах. Думала, там о них знают больше, коль скоро они там частые гости… На будущее: постарайтесь воздерживаться от попыток угадать, кто есть кто.

Я отнесусь к этому с пониманием, но многие другие за такое оскорбление могут и убить. Причём, как вы понимаете, "убить" в данном случае — отнюдь не метафора.

Ихор кивнул, и лицо его ожесточилось.

— Простите, — сказал он. — Я действительно… в общем, моя вина.

— Вы всего лишь думаете категориями собственного мира, — как могла мягко сказала драконица. — В нашем все не так просто. Рас много, и отношения между ними порой непросты.

Уверена, у вас тоже бывало в истории, что представители разных народов… скажем, не слишком ладили друг с другом.

— О, да, — мрачно согласился человек. — Ещё как бывало.

За разговором они приблизились ко внешней стене Чу, ощерившейся стальными шипами, стрелами и чарами. Хуторчане ощутимо напряглись — для них вид этой самой стены должен был значить только смерть. Драконица благодаря постепенно расцветающей в груди связи знала, что Ихор все время хочет задать вопрос, но не решается.