После развода. Красное и черное

Смотрел, как патологоанатом. А она только проснулась и хорошо представляла себе, как выглядит.

- Что смотришь? Урод, - процедила сквозь зубы.

И перевернулась на диване, уткнувшись носом в ту саму линялую тряпку. Теперь нищета вокруг уже не казалась чем-то ужасным, в жизни есть вещи куда страшнее.

Она не выдержала, развернулась, подскакивая на диване:

- Что ты молчишь?! Отойди! Мне надо в уборную!

Он спокойно отодвинулся, пропуская ее, и проговорил:

- Пришла в себя? Хорошо. Сегодня пойдем навещать твоего сына.

- Что? – она похолодела.

Попятилась и чуть не осела на пол.

Привычно всколыхнулись протест и страх, что ее тайное и постыдное увидит кто-то. И слезы бессилия. Нет, ни за что.

Но он безжалостно давил взглядом, а потом сказал:

- Если у него сохранный интеллект, для него можно найти работу.

Она наконец переборола себя и смогла хрипло выдохнуть:

- Добренький? Думаешь, это так легко? А где деньги взять?

- Я не добрый, - мужчина нехорошо усмехнулся. – Я злой. Собирайся.

Как ей ни было трудно переступить через себя, как ни страшно, но этим утром поехать к сыну пришлось.

А у Егора в квартире утро началось…

В общем, тоже не без происшествий. Семи еще не было, а к нему уже трезвонили в дверь.

Красное, черное и золотое

От такого назойливого и требовательного звонка Егор проснулся мгновенно. Чуть было не подскочил, спросонья, но вовремя понял, еще одно лишнее движение, и он с этой узенькой кушетки грохнется на пол. Или свалит Владу. Которая в панике тоже проснулась и завозилась.

- Иду! – глухо рыкнул Егор, с трудом попадая в тапки.

- Что там происходит? – заворочался дед на диване.

- Ничего, спи, - махнул на него рукой Егор и пошел открывать.

За дверью был сосед. Заглянул любопытным взглядом в открывшийся дверной проем и выдал:

- Там не вашу машину, - и назвал номер. – На эвакуатор грузят?

- Что?! – рявкнул и тут же подскочил Евгений, потому что машина, которую грузили на эвакуатор, была его. – Я им покажу! Второй раз за неделю!

- Погоди, я с тобой! – подскочил дед.

И они понеслись вниз оба.

Весело началось утро, натуральный сумасшедший дом. Зато у Влады с Егором была возможность на несколько минут по-быстрому задернуть жалюзи и запереться на лоджии.

Правда, все время приходилось коситься на дверь.

Ибо большая семья – это очень шумно, никакого личного пространства, но так здорово.

Машину отбить удалось. Просто из пасти у эвакуатора достали. Дед потом сиял, ибо в основном заслуга тут была его. А Женька ругался на чем свет стоит, потому что ему опять, КАЖЕТСЯ, потерли капот.

Потом наспех завтракали.

Потом всем составом поехали возвращать блудного деда домой. Первым наверх, как переговорщик, поднимался Женя.