Случай в Семипалатинске

Тут вмешался Ганиев:

— Например, нас ограбят и убьют разбойники. Как в случае с Присыпиным.

— Значит, на пути нас может ждать засада? Каржибаев обнаружил, что я сошел с поезда раньше. Он поймет, что это твоих рук дело и что мы сейчас пробираемся в Семипалатинск другим путем. И отправит боевиков перехватить нас на полдороге.

— Правильно рассуждаешь, папа. Надо еще усилить меры предосторожности.

— Да мы и так уже дышим через раз, — с досадой заявил питерец. — Едим одну баранину, будь она неладна…

Он намекал на вчерашний разговор. Когда в Крутоярском на обед снова подали баранью ногу, Лыков попросил чего-нибудь другого. Например, конины. Но сын ответил:

— Нельзя. Русские ее не едят, а казахи очень любят, но для них это деликатес, который они редко могут себе позволить.

— И что с того? Нам-то почему нельзя?

— Потому что нас запомнят. Так что ешь барашка и не жалуйся.

— Давай хоть ухи стерляжьей попросим. Ведь в Иртыше водится стерлядь?

— Водится, папа. Но ее здесь ловят мало, все больше под Усть-Каменогорском. И сюда не доставляют, разумеется. Я угощу тебя стерлядью в Семипалатинске, там продают.

После телеграфных новостей троица еще более затаилась. Уже следующим утром это их выручило.

Они были на полпути к поселку Железинка, когда впереди показались всадники. До сих пор на оживленном тракте попадались либо одиночные верховые, либо экипажи да обозы. Кочевники перегоняли партии скота, мужики свозили на пристани хлеб или арбузы, купцы — кожи. Конных отрядов, кроме линейских казаков, не было. А тут вдруг появились какие-то люди, одетые как инородцы. Они шли навстречу быстрой рысью. Ганиев увидел их первым, еще издали, и троица успела спрятаться в маленькой ложбинке. Когда стук копыт миновал, Ботабай осторожно высунулся. Только раз глянул и тут же присел.

— Ну что? — спросил Лыков-Нефедьев.

— Четверо. Адаевцы. Подозрительные.

— Кто же им позволит среди дня с винтовками ездить? Вьюки у каждого, обрез туда легко поместится.

Выждав некоторое время, они вернулись на дорогу и двинулись дальше. Лыков спросил у молодежи:

— Полагаете, что по нашу душу?

— А не мало четверых против нас троих?

— Если нападать из засады, то вполне достаточно.

— С обрезом из засады? — усомнился питерец. — Какая дальность стрельбы у обреза и какая точность? Сомневаюсь, что это те, кто нас ищет. И как устроить засаду на голой местности?

Но подпоручик отверг его сомнения и предположил:

— Они войдут в Урлюктюм и узнают, что мы там ночевали. После чего развернутся и начнут нас преследовать.

— Вполне вероятно, — согласился Ботабай.

Лыков опять возразил:

— С какой стати казаки станут сообщать что-то проезжим иноверцам?

— Те сунут рублевину и все узнают, — ответил сын.