Тайная связь его величества

Как всегда, сидел в наушниках, звонков не слышал. Потом ученик дал понять, что кто-то в квартиру войти хочет, – руками замахал. Пришлось занятие прервать.

– Побегу поставлю чайник, – пропела Тефи. – Ванечка, вы приглашены на ужин. Чем так приятно пахнет? Вроде пирогами.

Стефания Теодоровна унеслась в глубь квартиры. Мы с Гариком остались вдвоем, повисла неловкая пауза, хозяин первым ее нарушил:

– Игорь Гусев, ювелир.

– Иван Подушкин, продюсер цирковых коллективов, – представился я. – Ваша матушка… э…

– Здорово приврала, – договорил за меня Гарик. – Правда, на ее взгляд, вещь скучная, неинтересная. Ну что увлекательного в простом падении на улице? Она же шлепнулась?

Я кивнул. Гарик почесал макушку.

– Мать всегда бегает, глазеет по сторонам, под ноги не смотрит. «Шанельку» свою она небось потеряла?

– Это моя вина, – я решил слегка оправдать пожилую даму. – Стефания Теодоровна испугалась, когда упала и сломала каблук. Сумка отлетела в сторону. Я посадил ее в машину и повез домой, а про ридикюль забыл. Не ругайте мать, она женщина в возрасте, для нее и так все произошедшее стресс.

– Мать бесполезно отчитывать, – усмехнулся Гарик. – Когда я был маленьким, она, если няня заболевала, кормила меня на обед шоколадными кексами, приговаривая: «Если хочешь куриный суп, сейчас разогрею». Понятное дело, я не испытывал желания есть первое, сладкая выпечка намного вкуснее. Отец с ней никогда не спорил, понимал бессмысленность процесса.

Из глубины квартиры послышался грохот.

– Мама, что случилось? – закричал Игорь и поспешил вперед по коридору.

Я, встревоженный установившейся после шума гробовой тишиной, двинулся за ним. В просторной кухне у столика с электрочайником стояла Стефания Теодоровна, закрыв глаза руками.

– Тебе плохо? – занервничал Гарик. Затем приблизился к матери и вдруг заорал: – Что это? Это что?

Я подошел к ювелиру и увидел на полу мужчину в джинсах и серо-синем пуловере. Он лежал на боку, спиной к нам, под его коротко стриженной головой разливалось темно-бордовое пятно.

– Ой! – вдруг вскрикнула Тефи. – Больно!

– Что? Где? Как? – беспорядочно забормотал Гарик.

– Поясница… – прошептала Стефания Теодоровна, – жжет…

Я опомнился, повернулся к Гусевой, заметил, что та прислонилась к плите, и скомандовал:

– Игорь, отведите маму в спальню. Похоже, она прикоснулась к работающей плите. Посмотрите, нет ли ожога.

Словно в подтверждение моих слов раздался писк таймера, возвещающий о готовности блюда.

– Куда? Зачем? – бестолково продолжал вопрошать Игорь. – Это что? На полу?

– Немедленно заберите отсюда Тефи!

– Да, да, конечно, – очнулся Гусев и, взяв мать за руку, потащил ее в коридор.

Выдохнув, я огляделся по сторонам.