В объятьях звёзд (СИ)

Я ждал, что вот сейчас память подкинет мне информацию и о ней. Но нет. Пустота. А девушка была рада меня видеть. Воодушевленно пересекла комнату и замерла возле меня.

Макс замолкает ненадолго. Тянет за плечо, заставляя обернуться. Поддаюсь. Поворачиваюсь, сталкиваясь с ним взглядом. Он гладит по щеке и смотрит очень грустно. Жалостливо.

– Горечь — первая эмоция, которую я ощутил с минуты пробуждения. Она буквально ощущалась на кончике языка. Тягучая, сжимающая горло и грудную клетку в тиски. И эта горечь была не моя.

Опускаю взгляд. Будто возвращаюсь к тому дню. Он ведь прав.

Моя радость сменилась горечью.

– И каждый раз, когда ты касалась меня, смотрела или спрашивала, горечь топила меня, утягивала в состояние беспомощности. Неловкости, растерянности и смятения. Твоя боль была столь отчётлива и удушающая, что я стремился избавиться от тебя побыстрее. Эгоистично, но необходимо. Ведь я не помню, кто я. Кем был? О чем мечтал? Даже тело не мое. Чужое. Я словно заперт в этой оболочке. А вся моя память спрятана по коробкам. Только открыть не могу. С самого первого вдоха я хотел вернуть свою личность. Не хотел жить в чужом теле.

Просто знал: оно не мое. Это не я. И искал способы вернуть, отыскать, найти себя.

– Прости, – шепчу очень тихо. Макс мотает головой.

– Вчера, рассматривая земную жизнь, единственное, что всплыло и на что отреагировал, — собственная внешность. Вот он, я. Бородатый брюнет не очень высокого роста. Это я. Макс Танов. К остальным кадрам ничего не испытывал. Никаких всплесков, хотя ты старалась очень. Показывала родителей, друзей, коллег. Дни рождения. Вручение награды. Проекты и работу. Просто кадры из жизни. Я не обрывал тебя, ждал, когда же ты покажешь себя.

Наш быт, наше знакомство. Хоть что-то, любую мелочь, связанную только с нами. Хотя и понимал: вряд ли вспомню. Ведь даже к родителям ничего не испытал. Просто люди. Просто кадры, – продолжает он. А я убеждаюсь в своей правоте. Для него это лишь просто фильм. – А сегодня утром… Я даже в зеркало не смотрел. Проснулся и просто ощутил себя собой. Ощутил себя живым, Лана! Впервые за всю свою десятидневную жизнь я вдохнул полную грудь воздуха. Перестал метаться, словно зверь в клетке, расслабился. Пришёл покой. Я обрёл целостность. Пусть и без памяти, но смог, наконец, собрать себя по кусочкам. Сорвался, забежал в санблок и уставился на собственное отражение. С первого пробуждения ни разу не смотрелся в зеркало. Просто физически не мог смотреть на себя. А сегодня. Сейчас. Я — это я. Это мое тело. Это просто я. Макс Танов. Правда, без бороды и густой шевелюры похож на малолетку. Нужно отрастить бороду, хоть старше выглядеть буду…

Прижимаюсь к его плечу лбом и хохочу. Хрипло, с надрывом. Бью его по груди. Макс замолкает, просто обнимает и растирает спину.